Евгений, Джек, Женечка

Я на автомате поднялась наверх. Вошла в комнату дочери и схватила стоявший в углу чемоданчик. Детский аэропортовский вариант. Не на курорт едет — пары сменок одежды хватит до моего приезда, который не за горами.

— Мама, что ты делаешь?

Бесшумно вошедший Ярослав уставился на стопочку детской одежды. Бесшумно? На цыпочках из-за ноги войти он никак не мог, но я сумела оглохнуть из-за злых мыслей.

— Папа хочет взять с собой и Женю.

В голосе злости не было — я с трудом не впустила в голос смех.

— Зачем?

— У папы спроси, — почти хмыкнула я, но потом пожалела сына и ответила: — Соскучился.

— За неделю?

Ну да, Ярослав не в том ещё возрасте, чтобы понять чувства взрослых людей. Но уже в том, когда непозволительно играть его чувствами. Он не виноват, что у него такой отец.

— Бабушка не видела вас целых две недели.

— Да Женька вечно ноет у бабушки! — выдал Ярослав то, чего никогда не говорил мне в Москве.

Даже если б сказал, я же не от большой радости оставляла дочь с бабушкой. Я налаживала отношения с ее папочкой. Только время зря теряла… Но к Любови Львовне претензий у меня никогда не было. Даже за дачу не приходилось злиться: она же боялась, что ее сынок найдёт другую… Нашёл бы уже и отстал от детей!

— Поноет пару дней, и я ее заберу, — озвучила я простой план Сомова.

— Ты приедешь в Москву?

— Боже, Ярик, а как иначе? Может, и тебе надоест у бабушки. К тому времени, — добавила я уже с нервной дрожью в голосе.

Если бы я смогла забрать их обоих…

— Я не собираюсь жить у бабушки. Я не маленький.

Я промолчала. Пусть этой информацией делится с ним отец, который пока в глазах сына царь и бог. Пусть сменит статус хорошего на плохого, тогда и я автоматом выйду из статуса злыдни.

— Пока болит нога, тебе лучше побыть с бабушкой, — не сумела я промолчать из-за страха, что Ярик уломает отца оставить его дома одного.

Я же с ума тогда сойду. Окончательно…