Неоновые Боги [ЛП]

Называй меня по титулу или вообще никак. Это Афродита, которую она больше никому не показывает на Олимпе. Только я получаю сомнительную привилегию быть свидетелем того, каким чудовищем на самом деле является моя мать.

Но с другой стороны, я не из тех, кто бросает камни.

Я делаю вид, что выключаю свой телефон и уделяю ей все свое внимание.

— Ты собираешься отправить меня с очередным своим маленьким поручением, так почему бы

тебе не позвать и не одарить меня милой улыбкой, прежде чем спрашивать меня снова — на этот раз с более подробной информацией.

Другой человек вздрогнул бы перед лицом моего мягкого тона с угрозой насилия под ним. Афродита только смеется.

— Эрос, дорогой, ты действительно перегибаешь палку. Ты очень хорошо знаешь, что я хочу ее

настоящее сердце. После того, что Деметра устроила прошлой осенью, больше ничего не получится. С Аидом в своем углу и новым непроверенным Зевсом она бросает свой вес вокруг, как будто она не что иное, как прославленный фермер.

Учитывая, что Деметра отвечает за обеспечение того, чтобы весь Олимп был накормлен, а Афродита в основном занимается организацией брака скучных олимпийцев с другими скучными олимпийцами, можно утверждать, что Деметра должна быть главной.

Однако Олимп работает не так. Что бы ни думала моя мать, в этом городе никогда не будет одного правителя. Вместо этого мы получаем Тринадцать. Зевс, Посейдон, Аид, Афродита, Деметра, Артемида, Гефест, Арес, Афина, Гермес, Дионис и Аполлон. И, конечно же, Гера, хотя этот титул будет незанят до тех пор, пока новый Зевс не женится на ком-нибудь и не займет эту должность.

Вот на чем должна сосредоточиться моя мать. Она устроила все три брака для последнего Зевса — ублюдок продолжал убивать своих жен, что вполне устраивало мою мать, так как она любит свадьбы и ненавидит все, что за ними следует. Она должна была бы с пеной у рта выставлять напоказ достойных людей Олимпа перед новым Зевсом.

Вместо этого она слишком сосредоточена на своей мести. Это чертовски раздражает.

— Как дела у Зевса в последнее время? — Еще несколько месяцев назад он был Персеем, но

имена — это первое, что приносится в жертву на алтаре Тринадцати. Часть меня задается вопросом, беспокоит ли его это. Я позволил этой мысли ускользнуть. Персей — не моя проблема. Он был наследником Зевса всю свою жизнь. Он знал, что получит титул, когда умрет его отец. Если это произошло немного раньше, чем кто-либо ожидал… Ну, это тоже не моя проблема. Я не убивал этого засранца.

— Не меняй тему, — огрызается она. — С тех пор как Персефона сбежала и переспала с Аидом,

баланс сил на Олимпе нарушен. Кто-то должен проверить Деметру, и если никто другой не вмешается, тогда нам придется это сделать.

— Ты имеешь в виду, что мне придется. Возможно, ты требуешь сердечности, но мы оба знаем,

что всю работу делаю я. — Дело даже не в том, что я против этого, хотя я стараюсь свести убийства к минимуму. Это грязно, и у меня нет никакого желания, чтобы кто-то начал требовать моей головы. Гораздо проще убрать противника с помощью хорошо развитого слуха или просто наблюдать за ним до тех пор, пока его собственные действия не станут поводом для его падения. Олимп до краев наполнен грехом, если кто-то верит в такого рода вещи, и никто в сияющем круге Тринадцати не лишен изрядной доли пороков.