Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика
- Автор: Новобранец Василий Андреевич
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Яуза
- ISBN: 978-5-9955-0943-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я предупреждал о войне Сталина. Записки военного разведчика». Краткое содержание книги:
Посмев пойти против «руководящей линии партии» и собственного руководства, которое в угоду Сталину закрывало глаза на любую информацию о приближении войны, Новобранец понимал, что рискует головой — но судьба хранила разведчика: его не посадили и не расстреляли, а всего лишь «сослали» в штаб Киевского Особого Военного округа, после 22 июня преобразованного в Юго-Западный фронт. В августе 1941 года начальник разведотдела 6-й армии ЮЗФ Василий Новобранец попал в плен в Уманском котле. Отказавшись сотрудничать с врагом, он прошел через все ужасы немецких концлагерей, выжил, бежал, партизанил на Украине и в Норвегии.
Обо всем этом, об увиденном и пережитом, Василий Андреевич рассказал в своих мемуарах.
Лично мне удалось установить связь с норвежской организацией Сопротивления, так называемым Хаймат-фронтом.
Было это так. Однажды я работал в группе пленных на переборке картофеля для нашей кухни в ямах городского сквера в г. Берген. Метрах в двадцати от нас норвежцы рыли котлован для убежища. Конвойных было всего два человека. Среди солдат было немало таких, которые сочувствовали нам и сквозь пальцы смотрели на некоторые нарушения порядка. Эти оба солдата были именно такие. Очень важным нарушением для нас был товарообмен с норвежцами. Мы якобы продавали, а норвежцы покупали у нас за хлеб и табак некоторые наши незатейливые поделки — трубки, шкатулки, куклы-матрешки. Солдаты «товарообмену» не мешали. А это была скрытая помощь нам норвежского населения, Красного Креста и Хаймат-фронта. Ведь наши поделки не стоили и куска хлеба, а нам за шкатулку давали по 5—10 буханок хлеба. Немцы удивлялись, что так много нам норвежцы платят, и говорили на них «фильдум» — дураки, но дураками-то оказались фашисты. Во время этого товарообмена я на английском попросил сообщить фронтовые новости, прислать газеты. Норвежцы сообщили, что наши войска взяли Курск, Киев. Пообещали завтра положить в уборной газеты.
На следующий день я нашел в уборной газеты и листовки. Конвойные в уборную не заходили, и я мог свободно скрыть газеты. В яме, где мы перебирали картофель, я под прикрытием товарищей просмотрел газеты: норвежские, немецкие и шведские, главным образом сводки, сообщения, новости. Но для более глубокого изучения газеты необходимо было доставить в лагерь. Способ доставки мы быстро нашли. Нам привозили обед в большом термосе, а по окончании работы мы несли его в лагерь. Немцы при входе заглядывали вовнутрь термоса, но не осматривали его днище. Путем остроумного приспособления мы в углублении днища палочками крест-накрест прикрепляли газеты и листовки Хаймат-фронта. В 1944 году мы благодаря этим газетам и листовкам располагали такой широкой информацией, что могли делать очень обстоятельные доклады о положении дел на фронтах. Обычно доклады делали, кроме меня, Глухов, Демин, Никифоров, Рогоза и др. Доклад делался в темноте и не в своем бараке. По окончании сообщения докладчик под бурные аплодисменты исчезал, и никто его в лицо не видел и не знал.
Гестапо стало известно, что в лагерь проникают сведения о положении на фронтах, и о докладах в бараках. Участились обыски, слежки, но и мы тоже приспособились к ним, стали хитрее и умнее работать. Провалов не было. Да и агентура гестапо стала работать хуже. Зная о положении на фронтах, гестаповские шпики боялись возмездия, всячески перед нами заискивали и проявляли активность уже в другом направлении. Помню, мы начали обживаться на острове Фиэль, налаживать связи, подумывали о мирном транспорте для организации побегов, как вдруг, буквально внезапно, нас перевезли в другой лагерь. У фашистов это было правилом — часто менять личный состав лагерей, чтобы исключить связи с внешним миром и приготовления к побегам.
В мае или июне 1944 года нас под усиленным конвоем повели к пристани, погрузили на пароход и направили в г. Берген. Здесь пересадили в вагоны и перебросили в г. Тонсберг. Они, как правило, больше года ни один лагерь на одном месте не держали.
Во время этой переброски мы по-настоящему посмотрели Норвегию и норвежцев. Около Бергена мы увидели живописные берега с глубокими фьордами, богатую растительность, красивые поселки и отдельные виллы, сады, поля. И увидели норвежцев, убедились, что они очень сочувственно к нам относятся. Повсюду мы видели знак приветствия — букву V пальцами и международный антифашистский знак «рот фронт» — поднятая и согнутая в кулак рука. Мы видели улыбки и дружелюбные взгляды. Мы поняли: норвежский народ нам друг в борьбе с фашистами, у него мы найдем поддержку.
Из Тонсберга нас переправили на остров Нерро, в 20–25 км к югу от города. Здесь лагерь был расположен в долине, недалеко от поселка Берген. В лагере нас поселили в фанерных бараках с обычным окружением: проволока, мины, пулеметы, бункеры и с усиленной охраной в 250 автоматчиков, вероятно, потому, что поблизости был норвежский населенный пункт.
В первый же день комендант лагеря капитан Свобода, высокий откормленный немец, объявил нам, что здесь мы будем получать 300 граммов хлеба, а работать опять-таки в каменоломнях. Русским комендантом назначили майора Белова. Не смогу сказать, почему немцы оказали ему такое доверие. У нас он особым доверием не пользовался, но не было и особых подозрений. Так, ни рыба ни мясо, фигура, не имеющая лица.