Корсары султана. Священная война, религия, пиратство и рабство в османском Средиземноморье, 1500-1700 гг. [litres]

Набеги на сушу

Настала очередь разобрать и набеги на прибрежные территории («Газават» именует их «священной войной на суше»)[1387]. Корсары нападали на поселения, изучив оборону средиземноморских побережий. Их набеги играли особо важную роль для работорговли. Однако продвижение вглубь материка идеально подходило не для парусников, а скорее для чектири. Их низкие палубы и малое водоизмещение позволяли легко подбираться к берегу на веслах. Так пиратам удавалось незаметно высадиться и застичь жертв врасплох.

Впрочем, в XVII веке таких операций становится меньше[1388]: центральные державы принимают серьезные меры для защиты своих берегов[1389]. Свое влияние оказывает и развитие парусников. Похоже, в последней четверти века порт Триполи в этом плане ушел на второй план[1390]. Парусники, заметные издалека из-за высоких палуб и мачт, обладали большим водоизмещением и не могли подходить к берегу, а потому экипажам приходилось (как в 1631 году во время нападения на Балтимор) прятаться за мысом, холмом или островом, а высадки совершать на шлюпках, и благоприятная возможность к этому имелась не всегда.

Между тем правильный выбор цели определял успешность налета. Как можно догадаться, корсары еще до атаки высаживали на берег разведчиков и пристально следили за тем, что происходит, в подзорную трубу – любимый оптический прибор моряков[1391]. Но опять же, непременным условием рейда было наличие беззащитного, богатого и многолюдного поселения. А перед тем, как напасть, пираты переодевались и проводили вылазку на берег, налаживали связь с местными и вызнавали, где спрятаны корабли, откуда лучше высаживаться, откуда приближаться к поселению, куда попытаются убежать жители и способны ли они оказать сильное сопротивление. Это могли сделать лишь те, кто хорошо владел здешним языком и знал местную культуру.

У корсаров было бесценное преимущество: их часть эмигрировала из Европы. Как мы уже упоминали, мудехары, изгнанные из Испании, не пренебрегали грабежом родных селений, примкнув к корсарам в Магрибе. В разделе 1 мы рассказывали и о том, насколько трудно было отличить этих мудехаров от местных испанцев. Они не просто стремительно нападали на хорошо знакомые берега Арагона и Андалузии, скрыв бригантины среди скал или же закопав их в песок. Разбойники находили бывших мусульман, снова принявших христианство под гнетом испанцев[1392]. В 1595 году они, пройдя к Теуладе, прикончили Антонио Вальеса и пленили его семью; убийцами оказались два пирата-мудехара, давние враги погибшего[1393]. Мудехары, жившие в Испании и прежде исповедовавшие ислам, заключали с мусульманами из Северной Африки союз против Габсбургов, насильно их крестивших, и это неудивительно. Они предоставляли корсарам укрытие, служили им проводниками и шпионами, а сами убегали в мир ислама, едва почувствовав гнет. В 1565 году инквизиция, преследуя муртадов, отступивших от ислама, порой даже обвиняла мудехаров в том, что те ловят христиан и продают их в рабство в Северную Африку. Однако возможно, что источником похожих обвинений послужили безосновательные подозрения, проистекающие из опасений, которые высказывал Фуркево, французский посол в Мадриде[1394].