Глаза смерти (СИ)

Автомобиль подъехал прямо к трапу самолета. Когда Артур вышел из машины, телохранители окружили его плотным кольцом и буквально втащили в самолет. Они совсем сошли с ума? Неужели эти параноики считают, что сейчас на летное поле выскочит принц Ахмад и утащит Артура в свой гарем? В самолете Артур опустился в мягкое кресло и закрыл глаза. Происходящее казалось ему бессвязным сном.

====== ГЛАВА 42. СКАЗКИ ВЕНСКОГО ЛЕСА ======

Франкфурт – Вена, ноябрь 2013 года

“Гольфстрим” стремительно набирал высоту, Джеймс сидел в кресле, закрыв глаза и пытаясь сосредоточиться на том, что предстояло сделать в Австрии. Любой ценой следовало предотвратить утечки информации о том, что именно производилось в трех засекреченных цехах завода. Если бы власти что-то пронюхали или информация утекла в прессу, это стало бы катастрофой и для грандиозных планов Ферренса, и для него лично. Он рисковал провести долгие годы, если не всю жизнь, за решеткой. И даже могущественная Сеть здесь оказалась бы бессильной. К тому же, этот взрыв, точнее его последствия, мог поставить под угрозу и саму Сеть.

Могла ли Антисеть устроить этот взрыв? Теоретически, да. Но на практике – вряд ли. Антисеть могла пойти на чье угодно убийство, но только не на масштабный теракт, да еще в самом сердце Европы. Люди, составлявшие эту странную, аморфную структуру, мыслили другими категориями. Их целью было как раз пресечение терактов или того, что они считали терактами, и в этом они были последовательными. Ферренс при всей своей ненависти к Антисети вынужден был это признать.

Нет. Это была не Антисеть. Крейг. Это он. Крейг, едва не убивший Артура. Едва не отнявший самое дорогое, что было у Джеймса – его любовь и его проклятье.

Джеймс взял стакан виски, сделал глоток. Мысль об Артуре мгновенно вытеснила все остальные. Артур… Джеймс продолжал называть его этим именем. Да он знал, что это вымышленное имя, что его мальчика на самом деле зовут Алексей. Но Алексей – это кто-то чужой. Незнакомый. Даже враждебный. Для Джеймса всегда существовал и будет существовать только Артур. Его Артур. Его прекрасный принц.

Конечно, Джеймс понимал, что Молтон был прав тысячу раз, говоря, что Артур должен быть изолирован, даже ликвидирован, потому что он смертельно опасен. Но сердце Джеймса твердило: это невозможно. Он не сможет жить без Артура. Его в жизнь превратится в небытие, каким она была до появления Артура. И пусть даже произойдет вселенская катастрофа, главное, чтобы Артур оставался с ним. Его мальчик. Его Артур.

Джеймс был полон решимости уничтожить любого, кто встанет между ним и его мальчиком. А это был Алтухин. “Русский Энди”. Артур никогда не скрывал, что не любит Джеймса. Да Джеймс и сам понимал это. Он видел, что Артур испытывает к нему непостижимо странную, болезненную привязанность, и мечтал, что однажды эта привязанность превратится в любовь. Джеймс долгое время был уверен, что увлечение Артура Алтухиным это лишь несерьезная юношеская блажь, и что он навсегда уничтожил Алтухина в глазах Артура во время bdsm-сессии в RecSM. Но он ошибся. Артур сбежал от него именно с Алтухиным и вместе с ним прожил долгих три месяца в Москве, пока Джеймс сходил с ума от неизвестности, разыскивая его по всему миру. Проклятый “Русский Энди” по-прежнему занимал в сердце Артура место, которое принадлежало ему, Джеймсу! Пусть Артур ни разу не произнес имени Энди за все время, что был вместе с Джеймсом, но Джеймс всё чувствовал. Информация, предоставленная Молтоном, лишь окончательно расставила всё по местам, подтвердила его мрачные догадки.

Джеймс знал, что его соперник сейчас является наложником Ахмада и подставляет принцу свою задницу, однако Артура, судя по всему, это не смущало. Черт, почему?

Артур вообще был средоточием противоречий. Сначала он яростно отвергал все попытки Джеймса приблизиться к нему, затем появился словно ниоткуда и сам запрыгнул в его постель, но при этом не скрывал, что не любит Джеймса. И не скрывал, что убил его брата и отца. Джеймсу казалось, что эта хаотичность мышления и поступков заразна, иначе он никогда не подпустил бы Артура к себе, несмотря на всю любовь к нему. Но за этой хаотичностью скрывалось нечто другое. Нет, не скрытая логика, не далеко идущие планы, а парадоксальная натура, полная тьмы и боли и пытающаяся преобразиться.

Джеймс никогда не понимал Артура до конца. Он пытался увидеть, что таится во мраке его черных глаз, но безуспешно. Невольно Джеймс вспомнил слова старой карги – герцогини Трамбулл, которая привела пример с уничтоженной планетой из “Звездных войн”. Возможно, старая ведьма была права. Душа Артура напоминала уничтоженную планету, превратившуюся в скопление осколков, астероидов, кружащихся в хаотическом, смертельном танце. И всех, кто осмелился влететь в это скопление, ждала неминуемая гибель. Джеймсу подумалось, что он полюбил один из этих осколков, на котором чудом сохранилась жизнь прекрасной планеты. А вокруг носились другие осколки и смертельное столкновение могло произойти каждый миг. Интересно, а этот Энди? Он-то что любил в Артуре, если любил вообще? Какой из таинственных осколков привлек его?

Алтухин… Джеймс знал его еще до встречи с Артуром. Алтухин был отличным сабом. Джеймса тянуло к этому парню, но в то же время что-то отталкивало, пугало. Порой, во время бдсм-сессий, глядя в серые, широко раскрытые глаза Алтухина Джеймс понимал, что видит себя. Словно он сам был этим парнем, но в то же время другим – темным, отвратительным, пугающим. И он ненавидел Алтухина, но скрывал эту ненависть от самого себя, потому что она не укладывалась в его сознание. Встреча с Артуром и его непонятная, глупая влюбленность в Алтухина заставили эту тлевшую в Джеймсе ненависть вырваться наружу, и теперь она полыхала черным огнем, готовым уничтожить ненавистного соперника. И ненавистного двойника Джеймса.