Прожектеры: политика школьных реформ в России в первой половине XVIII века [litres с оптимизированной обложкой]

Для самого Шувалова совместная работа с Ломоносовым над основанием Московского университета заложила основу его самопрезентации как «мецената»: эта роль была для России новой, и фавориту предстояло ее сконструировать для себя762. Ломоносов называл Шувалова «патроном» уже в 1751 году, а в конце десятилетия Жан-Луи Фавье подчеркивал, что Шувалов «особенно покровительствует артистам и писателям»763. Когда Московский университет был основан в 1755 году, соответствующий указ прямо упоминал Шувалова как автора идеи и основателя нового учебного заведения. Празднества по случаю основания университета, а в дальнейшем и торжественные университетские церемонии также использовались, чтобы подчеркнуть связь этого заведения с государыней – и роль «мецената» как посредника между ними. Так, иллюминация в честь открытия университета восхваляла не только Елизавету, но и самого Шувалова: она представляла воздвигаемый в честь императрицы на Парнасе обелиск, на котором рукой «ученика» высекалось имя фаворита764.

Реализация университетского проекта заложила также основу для институционализации роли Шувалова как покровителя наук и искусств. Одобрив основание университета, императрица объявила, что берет его под свою личную «протекцию», воплощением которой стало назначение двух «кураторов», уполномоченных докладывать по университетским делам напрямую государыне. Предсказуемо, одним из них был назначен Иван Шувалов (второй, бывший президент Академии наук престарелый Лаврентий Блюментрост весьма кстати скончался уже на следующий год). В соответствии с указом, университет получал особый статус, на одном уровне с коллегиями: соответственно, он не подчинялся ни одному правительственному органу, кроме Сената. Шувалов ревниво оберегал эти привилегии университета и отстаивал его автономию765. Существенно, что должность «куратора» не была никак вписана в Табель о рангах, не были нигде описаны его полномочия и обязанности – что, разумеется, соответствовало уникальному статусу данного конкретного куратора и его тесной, но неофициальной близости к трону. Титул этот вроде бы указывал на принадлежность его обладателя к лицам, принимающим решения, и позволял ему покровительствовать ученым и интеллектуалам, но одновременно помещал куратора вне установленных иерархий.