Друзья и недруги. Том 1

– В той стороне луг, где мы с тобой встречались по вечерам в прошлом году, – тихо сказала она.

– Ты с него и шла, когда начался дождь? – спросил Робин, по-прежнему стоя спиной к ней.

– Да. Я люблю гулять по этому лугу, – спокойно и просто сказала Мартина. – Прихожу туда так часто, как позволяют дела по дому. Даже осенью, даже зимой.

– Зимой там можно встретить волков.

– Я не боюсь их.

– Напрасно.

Робин замолчал, но Мартина не ждала от него слов. Ей было хорошо просто стоять рядом с ним, слышать его дыхание, вдыхать запах тела, который она различала сквозь его куртку и рубашку, насквозь пробитые дождем. Его присутствие, такое близкое в эту минуту, кружило голову. Она больше не была невинной девицей и сейчас четко осознавала, что с ней происходит, когда он рядом, меньше чем в шаге от нее. Она хотела его, хотела до боли. А он стоял так, словно ничего не замечал: ни ее волнения, ни дрожи, ни частого неровного дыхания.

– Я слышал, ты не так давно родила? – вновь заговорил он.

– Три месяца назад, – ответила Мартина, – дочку. Мы назвали ее Агнес.

– Красивое имя, – она услышала теплую улыбку в голосе Робина, – Мартин, наверное, надеялся на сына?

– Он обрадовался дочери, – совсем тихо сказала Мартина.

– Три месяца, – задумчиво повторил Робин и, повернув голову, искоса посмотрел на Мартину: – Не слишком ли дочь мала, чтобы ты оставляла ее одну ради прогулки?

– С ней моя мать, и, если бы не дождь, я давно бы уже была дома.

Думая о своем, Робин негромко вздохнул и наконец-то отвернулся от двери, оказавшись с Мартиной лицом к лицу. Встретившись с ее глазами и заметив в них ожидание, он вопросительно приподнял бровь:

– Марти?

Вместо ответа она, не сводя с него глаз, положила ладони ему на грудь. Робин замер от неожиданности и медленно покачал головой.

– Пожалуйста! – с жаркой мольбой выдохнула Мартина. – Прошу тебя!

Он посмотрел на нее с жалостью и очень мягко, но непреклонно ответил:

– Нет.

Поддавшись невыносимому отчаянию, Мартина прильнула к его груди, обвила руками его шею и осыпала поцелуями лицо. Робин стоял неподвижно, не отвечая ни на объятия Мартины, ни на поцелуи, но она услышала, как его дыхание невольно участилось.

– Я прошу тебя! – повторила она. – Мы здесь одни, никто не узнает. Пожалуйста, не мучай ни меня, ни себя. Ведь ты сам хочешь этого, я же чувствую! Неужели так трудно: уступить себе и подарить капельку счастья мне?!

Сверкнув потемневшими глазами, Робин резко снял с себя руки Мартины и отступил на шаг.

– Говоришь, никто не узнает? Что я хочу тебя и мучаю? А разве недостаточно, что будем знать ты и я? Да, Марти, я мужчина, а какой бы мужчина не захотел женщину, да еще такую красивую, как ты, оказавшись с ней наедине, когда она предлагает себя?

– Тогда почему ты отказываешь мне в том, чего хочешь сам?!

Она вновь вскинула руки, чтобы обнять его, но Робин перехватил их, крепко стиснув в запястьях.