Шанс милосердия [litres]

– Меня другое интересует, – после непродолжительной паузы заявила Наики. – Почему котхи вообще терпят нас? Вот мы такие – упорно нежелающие или неспособные достичь совершенства. Тупиковая ветвь. Технологическая цивилизация. Сообщество злодеев и жертв, тиранов и рабов, эгоистов и придурковатых романтиков. Наверное, без нас им было бы спокойнее. Сам факт нашего существования разрушает привычную для них мировую гармонию. Почему они терпят нас? Почему они хотят, чтобы мы продолжали своё существование? Зачем им нужно, чтобы мы спасли эту планету, а заодно и всю нашу жалкую расу, которая, к тому же, заполонила половину галактики?

– Похоже, общение с манихеем не прошло для тебя даром, – сказал капитан, но, заметив, как японка побледнела, каким напряжённым стало её лицо, тут же пожалел о сказанном.

– Ещё неизвестно, чья ветвь тупиковая, – Тиглат поспешил смягчить ситуацию. – Есть предположение, что человечество – единственное, что наполняет хоть каким-то смыслом существование котхов. Вот они-то действительно в тупике. Они достигли совершенства, или, скорее, того, что лишь при самом поверхностном взгляде может показаться совершенством. Они способны властвовать в реальном мире, зажигать звёзды и затыкать чёрные дыры. И всё же мы остаёмся для них загадкой, которую они не в состоянии разгадать. Мы непредсказуемы. Мы неподвластны их логике. И это создаёт интригу. Ходят слухи, что где-то есть планеты, заселённые котхами, принявшими человеческое обличье, чтобы прожить обычную жизнь, испытать боль, страх, радость, счастье, любовь и смерть. В своём естественном состоянии они подобны Адаму, ещё не вкусившему яблока с древа познания добра и зла. Так что мы им интересны. Но я не зря в самом начале нашего разговора упомянул о некой игре, чем вызвал ваше недоумение.