Охотники за книгами Сезон 1

Мамуля Тат кивнула, с видом одновременно сокрушенным и настороженным.

— Верно, — ответила она. — Слушайте, мне как, адвоката позвать?

Сэл показала ей жетон.

— Полиция Нью-Йорка. Вы вне моей юрисдикции, мы просто собираем сведения. И почти уверены, что как раз ваша татуировка его и спасла. Он один из шестерых выжил.

Менчу подался вперед.

— Как по-вашему, были у кого-то из участников шоу основания такое устроить? Или возможность?

Мамуля Тат фыркнула.

— Вы заметили этого плюгавенького проныру, Садовника? Дышал мне в спину с первого дня. Уверена, это его рук дело.

— А что ему не нравилось? — удивился Менчу. — Вроде не за что было вас невзлюбить.

Мамуля Тат поморщилась.

— А вот он невзлюбил. В седьмой серии должны были раскрыть некую мою тайну. Дело в том, что это не первое мое реалити-шоу.

Сэл обвела стол взглядом.

— Мамуля, я тут единственная американка, да и я редко смотрю телевизор. Нужна подсказка.

Мамуля Тат тяжело вздохнула.

— Лет семь назад я снималась во втором сезоне «Прими меня». Квир-шоу, типа как «Натурал глазами гея», только в реалити-формате.

Это шоу Сэл вспомнила.

— Во втором сезоне речь шла о трансгендерных людях. Садовник попытался устроить вам аутинг? — спросила она.

Мамуля Тат рассмеялась.

— Не совсем. Мне его организаторы этого «Прими меня» устроили — подумали, вернут себе часть старой аудитории, а то в середине сезона застой случился. Короче, я победила и на эти деньги начала новую жизнь. Сменила имя, перебралась сюда, в Вегас. Начала делать себе татуировки своих карапузиков. Чтобы не думали, что я их забыла, хоть они и забыли меня. — Она грустно улыбнулась, дотронулась до плеча, где было написано «Брайан». — Набила три татуировки, мне понравилось, решила сама научиться.

Грейс, Менчу и Лиам откровенно обалдели. Лиам открыл рот, Сэл пнула его ногой.

— А при чем тут Садовник?

— Не понравилась ему моя популярность, то, что у меня в середине сезона образовалась такая толпа фанатов. Не по душе ему это было. Он из этих религиозных козлов, которые таких, как я, считают «сквернавцами». — Она движением пальцев взяла это слово в кавычки. Посмотрела на отца Менчу. — Уж вы не обижайтесь, святой отец, вряд ли ж и вы из таких козлов.

Менчу коротко кивнул.

— Без обид.

Мамуля Тат допила кофе, налила себе еще чашку, добавив виски из фляжки, лежавшей в сумочке.

— Я ему сломала упорядоченные представления о мире, так он выразился. Заявил, что не верит в меня. Можно подумать, я Санта-Клаус или кто в таком духе. Ну, я в долгу не осталась.

— Угрожали ему? — догадалась Сэл.

— Да ну, — отмахнулась Мамуля Тат. — Просто однажды ночью, после съемок третьей серии, села на него сверху и вытатуировала ему на предплечье овода. После этого он отвязался. Представляете, до тех пор у него не было ни единой татуировки. Вот фрик. — Она снова отхлебнула кофе, вздохнула. — В любом случае, в последней серии нам полагалось набить по татушке друг другу, и я, чтобы помириться, превратила овода в розу — этот крысеныш же любит растения.