Турецкие народные сказки (второе издание)

И вот молодец раздобыл, на что поесть и попить, и разбогател не на шутку. Когда брат спросил: «Как это случилось, что ты таким стал?» — тот рассказывает ему все, как было. «Ну, а если я пойду, я могу таким стать?» — спросил его брат. Он и учит его: «И ты можешь, только ты не должен забывать «чанга и чунга». А тот брат идет домой, берет большущий мешок и твердит всю дорогу вслух: «чанга, чунга». Подходит он к камню, о котором говорил брат, говорит: «Чанга» — камень открывается; он входит, говорит: «Чунга» — камень закрывается. Потом он находит ключи, наполняет мешок, взяв из каждой комнаты что-нибудь ценное, подходит к камню, но забывает слово «чанга», — говорит: «Чунга» — и камень с шумом — гюльдюр-гюльдюр! 5 — захлопывается еще крепче.

Он думает-гадает; слово «чанга» никак не приходит ему на ум. Тогда, растерявшись, он не знает, что ему делать; ну, а так как время прихода дэвов приближается, то он от страха и себя не помнит. Потом, придя немного в себя, он подумал: «Опорожню-ка я слегка мешок и найду здесь место, где бы спрятаться. По крайней мере узнаю, как будут говорить дэвы, а завтра все соберу и уйду». С этими словами он выкладывает из мешка все обратно по комнатам и шарит по сторонам. В глаза ему бросается печь: «Ох, вот нашел хорошее место, где спрятаться», — говорит он и забирается на печку, на самый верх.

Не будем затягивать! Приходят дэвы, говорят: «Чанга» — входят, говорят: «Чунга» — закрывают камень. Как только молодец из-за трубы услыхал: «Чанга», он стал загадывать вперед: «Ну вот, теперь я узнал, — завтра дела мои пойдут на лад». А в это время самый молодой из дэвов и говорит: «Эге, пахнет человечьим мясом!» — а другой дэв отвечает: «Мы проходили по полям и лугам, наша одежда и пропахла ими. Что же еще может быть?» А молодой опять: «Пахнет человечьим мясом!» Другие говорят ему: «Дружок, сюда и птица не залетит, а не то что человек!» Молодой говорит: «Нет, как хотите, а здесь есть человечье отродье, — ну-ка я сам поищу». Он берет с собой других, и они вместе с ним шарят там и сям; наконец видят — на верху печки сидит большой человек. «Видали? Не говорил ли я вам, что здесь есть человечье отродье?» — закричал тот, который помоложе, и они стаскивают несчастного вниз. Когда они его спросили: «Ты как сюда попал?» — тот так и обмер. Губы у него задрожали, и он рассказывает все — с начала до конца. «Брат твой — бедняк: за то, что ты его прогнал, судьба его и вышла такая, а твоя судьба будет вот какая», — сказали дэвы— разорвали его на сорок частей и закусили им на славу.