Мятежники Гора

— Тот люк, действительно, ведёт в туннель, — сообщил мне он, — который заканчивается вне дворца, неподалёку от хозяйственных построек, маслобойни, коптильни, складов, мастерских и загонов. В темноте вполне можно разминуться с патрулями.

— Если бы я хотел бежать этим путём, — сказал я, — я бы уже давно сделал бы это. Но мне пока нужна лишь информация и возможность передать её.

— Но я — никто, — развёл он руками, — всего лишь скромный садовник.

— Зачастую самыми храбрыми оказываются самые скромные и непритязательные, — заметил я.

— Уверен, Вы ошибаетесь, — отмахнулся садовник.

— Скажу больше, я думаю, что Ты — один из таких, — заверил его я.

— Мне нужно за садом ухаживать, — потупился он.

— Сколько Ты уже служишь Лорду Ямаде? — поинтересовался я.

— Много лет, — ответил Харуки.

— Полагаю, что в этом дворце найдётся немного того, о чём бы Ты не знал, — сказал я.

— Я — невежественный, простой человек, — снова начал отнекиваться он.

— Для начала расскажи мне о пустой могиле, — не обращая внимания на его отговорки, попросил я.

— Ребенок уродился некрасивым, — начал он, — коротконогим, коренастым, невзрачным.

— Но это был мальчик, — заметил я.

— Да, — кивнул садовник.

— Следовательно, — заключил я, — его должны были задушить, как это было сделано с остальными сыновьями Лорда Ямады.

— Чтобы не осталось никого, кто мог бы бросить ему вызов, — прокомментировал Харуки.

— Уж не Ты ли был тем, кто спас того младенца? — предположил я.

— Я, — не стал отрицать Харуки.

— Ты пошёл на большой риск, спасая такого ребенка, — покачал я головой.

— Однажды красивая молодая женщина, — помолчав, заговорил садовник, — из бедной семьи, незнатного происхождения, из простой крестьянской семьи, привлекла внимание Лорда Ямады. Сёгун, прельщённый красотой девушки, взял её одной из своих жён.

— Значит, — догадался я, — следуя за ней, Ты пришёл в этот сад?

— Да, — подтвердил Харуки.

— Она была твоей дочерью?

— Да, — ответил он.

— Насколько я понимаю, — продолжил я, — тот мальчик, уродившийся далеко не красавцем, был её сыном и твоим внуком.

— Всё верно, — признал мой собеседник.

— Всё же Ты сильно рисковал, — заключил я.

— Я передал его другим, — сказал Харуки. — Его унесли за пределы возделанных полей. Я не знаю, выжил он или нет.

— Это было несколько лет назад, — сказал я.

— С тех пор прошло очень много лет, — уточнил Харуки.

— Возможно, тот ребенок давно умер, — предположил я.

— Не исключено, — согласился он. — Жизнь полна опасностей.

— В обеденном павильоне, — припомнил я, — говорили о каком-то мстителе, неком человеке, носящем на левом плече знак лотоса.

— Такие слухи ходят всегда, — пожал плечами Харуки, — из года в год. Всего лишь бессмысленные слухи, сплетни передаваемые шёпотом в темноте, ничего не значащая болтовня у костра пока варится рис, истории о спасённом, потерянном или, сбежавшем сыне правителя, возвращающемся, чтобы пролить кровь своего отца и свершить возмездие от имени убитых братьев.