Руководство для одиноких сердец [The Survivor's Guide to Family Happiness]

Мы, пошатываясь, побрели назад, на футбольное поле, теперь лишь частично освещенное уличными фонарями. Стоял душный августовский вечер, наполненный пением цикад, обычный летний вечер в Коннектикуте. Воздух тяжелый и влажный, словно находишься в пасти собаки. Линди сказала:

— Совсем как та ночь, когда… все это случилось.

Фиби и Эй-Джей плелись где-то позади нас, но их не было слышно. Мне хотелось подбежать к матери и еще что-нибудь ей сказать, но я не могла придумать, что именно. Хотелось подойти и встряхнуть ее, чтобы она отбросила упрямство, поцеловать и заверить, что я все понимаю, что все наладится. Но одновременно у меня внутри появились какая-то пустота и смертельная усталость. Я готова была расплакаться. Хорошо бы присесть на поребрик и дать волю слезам. «Интересно, — подумала я, — не возражает ли Линди, если мы немного поплачем?»

— Я не ожидала услышать такую жуткую историю, — призналась я. — Ты понимаешь, что она убила его? Наша мать убила нашего отца. Видимо, намекая на законные процедуры, она имела в виду, что позволила Эй-Джею взять вину на себя. Кошмар. И он все еще защищает ее. В голове не укладывается. Мало того, он даже пытался остановить ее, ты заметила? Принес себя в жертву и не хотел, чтобы кто-то знал об этом.

— Он любит ее. Она даже не догадывается, почему Барнс так поступил, но это ясно как день. Наверно, он всегда любил ее, но она была девушкой его друга.

— Представить страшно — всего за одну ночь они погубили свои жизни. И наши тоже.

— Ничего подобного. Главное — у нас были родители и мы выросли в благополучных семьях.

— Как бы мне хотелось чем-то помочь ей, — сказала я. — Хотя ей от нас нужно, только чтобы мы оставили ее в покое.

— Вообрази себе нашу жизнь, если бы она не отдала нас, — проговорила Линди. — Могла бы случиться еще не одна трагедия.

— Но она любила нас. Мы бы никогда не страдали оттого, что нас отвергла собственная мать.

— Да, но…

К этому времени мы дошли до парковки, и я, вздрогнув, увидела, что на мою машину опирается, сложив руки на груди и глядя на нас, Картер.