Рука Трауна Видения Будущего

— Однако вы позволили ему отправить Гента в не менее опасную поездку, — напомнил Элегос.

— Гент сам вызвался, — возразила она, хотя прекрасно знала, что тема весьма скользкая. — К тому же Трауну он не нужен.

— Советник, вы же сами знаете, что это неправда. — Мягкий укор в его голосе больно уколол ее в самое сердце. — Генту известны все приемы шифрования и защиты, которые используют в Новой Республике. Пока война не окончена, эта информация очень ценна для Империи.

— Мы это уже обсуждали, — сказала Лея. Чувство вины, затопившее ее душу, подернулось рябью гнева. Что возомнил о себе этот каамаси, чтобы ей указывать? — Этот риск был неизбежен.

— Согласен. Я же не говорю, что вы приняли неправильное решение.

Принцесса нахмурилась. Отголоски гнева сменились настороженным сомнением.

— А что же вы в таком случае говорите?

— Я вижу, что вы переживаете из-за того, что при помощи своей власти и влияния защитили собственного мужа, но при этом отправили на рискованное задание другого человека, — произнес каамаси. — Полагаю, что вас беспокоит — не предали ли вы доверие, которым пользовались как член Верховного совета, дипломат и джедай.

— Она не обязана отчитываться перед вами, веритель А’Кла, — раздался за их спинами недовольный голос ногри.

Обернувшись, Лея увидела Сахисаха, который стоял в дверях рубки.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Все в порядке. — Он шагнул внутрь и встал за ее крес­лом. — Я пришел доложить, что за нами нет погони и Бархимх настроил вооружение на спящий режим. — Он перевел взгляд пронзительно-черных глаз на каамаси. — Вы не вправе осуждать ее за то, что она хочет защитить свой клан.

— Верно, — спокойно согласился Элегос. — Как я уже сказал, я здесь не для того, чтобы кого-то осуждать.

— Тогда зачем вы завели этот разговор?

— Потому что, как я ранее упоминал, она не уверена, что поступает правильно. — Элегос повернулся к принцессе. — Ей необходимо обдумать вопрос со всех сторон и прийти к какому-то решению, каким бы оно ни было. Либо считать свои поступки правильными и придерживаться этого, либо признать свою неправоту и как-то наладить дела.

— Зачем ей это? — рыкнул ногри.

Каамаси грустно улыбнулся:

— Она член Верховного совета, дипломат и джедай. Муд­рость и интуиция, на которые все мы рассчитываем в эти нелегкие времена, не подведут ее, лишь если она будет в мире с собой.

Долгую секунду никто не решался нарушить тишину. Лея молча смотрела, как мимо проносится пестрое небо гиперпро­странства. В водоворот эмоций в ее душе словно плеснули едким стыдом. Элегос в который раз оказался прав.

— Знаете, вам следовало бы стать джедаем, — вздохнула она, отстегивая ремни и поднимаясь на ноги.

— У меня нет способности соприкасаться с Силой, — с сожалением ответил тот. — Но возможно, ваша идея намного ближе к истине, чем вам кажется. Среди моего народа ходит легенда, что на заре истории первые рыцари-джедаи приезжали на Каамас, чтобы перенять наши моральные устои для своей доктрины.