Русские народные сказки Сибири о богатырях
- Автор:
- Год: 1979
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Русские народные сказки Сибири о богатырях». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на фольклористов, краеведов, а также на всех любителей народной сказки.
В Томской области записана сказка «Солдат и дочь царя», близкая по содержанию к основному эпизоду сказки «Спасение царской дочери». Сказку записали Табунова, Шутенко, Шаповалова от Я. В. Мельчакова, 84 года, с. Кривошеино Томской обл. ТГУ, инв. № 34-6.
10. Про Ивана-охотника. Записали В. Василенко, И. Шушарина от Е. М. Распопиной, 70 лет, неграм., дер. Степаниха Крутинского р-на Омской обл., 1952 г. Василенко, с. 31–40.
В сказке искусно переплелись два сюжета — «Победитель змея» (по Указателю. № ЗООА) и «Незнайка» (по Указателю, № 532).
Начало сказки необычно для указанных сюжетов: Иван-охотник попадает к черту, должен служить у него, кормить медведя овсом, а лошадь — сеном. В благодарность за то, что Иван-охотник кормит коня овсом, а медведя — мясом, животные помогают ему бежать от черта, победить змеев. Этот же мотив в сказке М. Литвиненко из Приморского края «Льву сено, а коню мясо», но совершенно в другом сюжете.
Сюжеты «Победитель змея» и «Незнайка» разработаны традиционно, однако имеют своеобразные детали.
Заслуживают внимания зачин и концовка. Они глубоко индивидуальны и принадлежат творчеству Е. М. Распопиной.
11. Про Ивана купеческого сына. Записал Л. Е. Элиасов от В. Р. Гурьянова (1874–1943), с. Большое Уро Баргузинского р-на БурАССР, 1936 г. Прибайк., с. 161–171.
В качестве вводного эпизода к сказке тина «Победитель змея» (по Указателю, № ЗООА) служит сюжет «Сивка-бурка» (по Указателю, № 530А). Оба сюжета подробно разработаны и могли бы существовать самостоятельно. Возможно, каждую из этих сказок В. Р. Гурьянов когда-то рассказывал отдельно и лишь позднее соединил в одну. На самостоятельное существование в репертуаре?
В. Т. Гурьянова этих сюжетов указывают некоторые детали и подробности. Порой нарушается однотипность персонажей — так, образ главного героя не всегда выдержан в едином плане. Логика отношения к нему окружающих во втором сюжете нарушена. В изображении взаимоотношений между братьями сказочник следует традиции, а не первоначально заложенной им же идее. В начале сказки Ваня выступает авторитетным, умным, старшие братья его слушаются. Во второй части образ претерпел изменения: несмотря на то, что Ваня стал владельцем всего капитала, братья относятся к нему с пренебрежением, например, на его просьбу взять с собой «к государю на площадь» они ему отвечают: «Куда ты! Сиди дома, ешь да пей».
Интересна сказка отдельными деталями, подробностями, своим местным колоритом. В ней во множестве рассыпаны элементы быта, реалистические сценки, отражающие жизненные ситуации. Но по-сказочному собирается Ваня на могилу отца: «Время Ване идти. Ваня собрал соседей и говорит: „Будьте свидетелями, что Максим капитал свой передает мне“».
В сказке отразились обычаи, обряды, приметы. Сказочник много места отводит обрядам, связанным с культом предков, особенно выделяются моменты поминания покойника, детально показываются приготовления к поминкам, сами поминки: «Наделали кобылиц, набросали плах, чтобы поместить гостей в ограде…». В сказке нашли отражение древние обычаи приносить в жертву покойнику животное, обычай оставлять на могиле вино и пищу; приметы, связанные с суевериями: отец учит сына, пришедшего на могилу, в последнюю, третью ночь: «…возьми заднюю ось и воткни в могилу против моего сердца, меня больше не увидишь, а в ноги запусти осиновый кол».
Несмотря на реалистические детали, сказка сохранила традиционный эпический стиль, сказочную обрядность.
12. Богатырь Иван Яблочкин. Записал А. В. Гуревпч от охотника Черемховского р-на Иркутской обл. П. А. Петренко. Гуревич, с. 158–165.
В основе сказки — сюжет о змееборстве (по Указателю, № 300А). В качестве начальных эпизодов использован сюжет «Чудесное бегство» (по Указателю, № 314) и отдельные мотивы о притворной болезни (но Указателю, № 315А). В центральной части о змееборстве — вставные эпизоды из сюжета «Незиайка» (по указателю, № 532), но своей сюжетной схеме они близки к сказке «Незнайка», записанной А. А. Макаренко в бывшей Енисейской губернии. Кр. ВСОРГО, 1, 1902, с. 36–37.
Интересен зачин: определяя социальную принадлежность героев, П. А. Петренко сливает три понятия в одно: капиталист, помещик «ранешный», купец. Этот факт показателен для сибиряков, не знавших помещиков, имевших неясное представление о капиталистах — все они для сибиряков были богачами, лишь назывались по-разному. Указание на то, что это был «зажиточный» человек, нужно сказочнику для мотивировки завязки действия: бездетным супругам нужен был наследник-сын: «Все-таки капитал имя раздать неохота кому-то».