Со времени первых упоминаний о бытовании русских сказок в Сибири, первых публикаций текстов накопился большой материал, свидетельствующий о бережном отношении сибиряков к классическому сказочному наследию и вместе с тем о его творческом восприятии.
Русская сказка, как и другие жанры фольклора, появилась в Сибири вместе с русскими засельщиками. Она хранила привнесенную традицию, ее героям были присущи традиционные функции, однако в ней появилось и много своеобразия как в форме, так и в содержании.
Своеобразие сибирской сказки обусловлено прежде всего спецификой ее бытования, воздействием на нее определенных социальных и экономических факторов, поэтому можно говорить не только об отдельных элементах, внесенных сибирской традицией в общерусскую сказку, но и о локальной сибирской эпической традиции, о судьбах русской сказки Сибири.
Исследователи и собиратели сказок отмечают интенсивный, сложный и весьма неравномерный процесс затухания русской сказочной традиции, начавшийся еще в XVIII в.[1] Процесс этот характеризуется прежде всего изменениями в репертуаре: из живого бытования почти исчезли сказки волшебно-фантастические, весьма редки сказки о животных и новеллистические, предпочтение отдается в основном сказкам сатирическим и анекдотическим. Разрушается и традиционная поэтика, исчезают общесказочные каноны: трехкратные повторения, типичные речи персонажей, стереотипные переходные фразы и др.
Сказочная традиция Сибири, как и русского Севера, оказалась в более благоприятных условиях, чем традиция других районов страны, поэтому она лучше сохранилась и дошла до наших дней, о чем свидетельствуют проведенные на территории Сибири записи сказок как начала века, так и последних лет.
Одной из особенностей русского сказочного репертуара Сибири следует считать широкое распространение наряду с сатирическими и анекдотическими сказками волшебно-фантастических. Последние высоко ценятся самими сказочниками и слушателями и продолжают бытовать до сих пор, хотя не в такой степени, как, например, в конце прошлого — начале нашего века. В сибирском репертуаре сохранилось большинство сюжетов, в том числе и в древних редакциях и вариантах. При наличии архаических моментов, традиционных эпических черт в сибирских сказках нашли отражение и современные тенденции, связанные с обновлением традиций в фольклоре, с современным бытованием произведении народного творчества.
Поэтическая система в сибирских сказках, как и в общерусской традиции, претерпела существенные изменения, но сказочная обрядность соблюдается в большей мере.
Хорошую сохранность русской сказки можно объяснить силою традиции, которая в свою очередь объясняется спецификой бытования сказки в Сибири. Здесь долгое время существовали социально-бытовые условия, исчезнувшие в других районах страны: работа артелями, охотничий промысел, требующий длительной совместной жизни в лесу охотников, рыбалка. Среди рыбаков, охотников почти всегда находился хороший сказитель, иногда его специально приглашали. «После ужина кто пули льет, кто заряды делает, а он рассказывает, — свидетельствует охотник из Тункинской долины, знаток преданий М. Д. Софьин. — Быть может и охотник плохой, а сказки рассказывает, его берут и поровну делят пай».
Т. А. Селюкова, сравнивая новые записи с материалами В. Г. Богораз-Тана, пишет: «…Приведенное сравнение позволяет заключить, что в этом районе, когда-то оторванном от цивилизации, надолго сохранился старинный репертуар народных песен, но с приходом новой жизни, с расцветом края уходят в прошлое старые обряды, представления, меняется образ жизни, настроения и воззрения людей, все меньше остается в быту особенностей чисто местного характера, меняются и песни. Они все больше вытесняются новыми, а те, что остались в памяти, подверглись значительной трансформации. Почти исчезли былины, по развивается жанр сказки: былины превращаются в сказки, старые сказки пополняются новыми сюжетами, ситуациями. На зимниках, куда надолго уходят охотники, сказки помогают коротать долгие северные ночи»[2].
Охота и охотничий промысел способствовали не только сохранению сказки в Сибири, но и созданию крупных повествовательных полотен. Имеется множество свидетельств и сказочников и слушателей, что среди охотников, рыбаков ценилась сказка длинная, с запутанной фабулой, которая рассказывалась порой несколько вечеров подряд. Охотники спешили в зимовье вечером, чтобы не пропустить продолжения сказки. Отсюда характернейшая особенность местных сказок — многосюжетность, наличие вводных эпизодов, параллельного развития действия.
вернуться
1
Пропп В. Я. Морфология сказки. М., 1969, с. 104; Померанцева Э. В. Судьбы русской сказки. М., 1965, с. 23; Она же. О русском фольклоре. М., 1977, с. 64; и др.
вернуться
2
Селюкова Т. А. Новые записи произведений устного народного творчества русского нижнеколымского населения (по следам В. Г. Богораза). — В кн.: Историко-этнографпческпй сборник памяти В. Г. Тана-Богораза. Магаданск. кн. изд-во, 1967, с. 6S. (Зап. Чукотск. краевед, музея, вып. 4).
