Терри Гиллиам: Интервью: Беседы с Йеном Кристи

Как вы искали актеров?

Самым важным было найти исполнительницу главной роли, и нам очень повезло, когда после долгих поисков удалось встретить Джоделль Ферланд. Она потрясающий ребенок и гениальная актриса, лучшая из всех, что я видел до сих пор. Весь фильм держится на ней, она присутствует там в каждой сцене. Ей сейчас девять лет, но на ее счету уже больше фильмов, чем на моем. Начиная с четырех лет она снялась в двадцати шести фильмах! Просто невероятно!

Почему Канада и почему Саскачеван?

Потому что в Канаде нам удалось найти деньги! (Смеется.) На самом-то деле мы искали местность с определенным ландшафтом, растительностью и климатом, и Канада подошла идеально. Ну и в правительстве Саскачевана нам много рассказывали, какая здесь отличная стоит погода, мягкий климат и так далее. Конечно же, они все наврали, но мы купились.

Как вы определяете, когда сценарий уже готов к производству?

Когда удается получить деньги на то, чтобы снимать. Тогда с чистой совестью можно начинать переписывать сценарий, потому что он все равно никуда не годится. Да и так понятно, что потом никто этого сценария придерживаться не будет.

Насколько этот проект связан с вашим последним фильмом «Братья Гримм», который вот-вот должен выйти на экраны? Насколько он сочетается с вашими предыдущими картинами?

«Братья Гримм» — очень дорогая высокобюджетная постановка, с дорогими спецэффектами, в общем, было где разгуляться. «Страну приливов» мы снимаем в основном на британские и канадские деньги, денег этих немного, бюджет — около двадцати миллионов канадских долларов, поэтому очень многое приходится изобретать на ходу. Например, у нас в этом фильме почти нет компьютерных эффектов, и я снова вспоминал, как обращаться с куклами. Там по сюжету есть четыре персонажа — друзья нашей героини и в то же время воплощения разных черт ее характера. Джоделль сама их всех озвучивает, а «играют» за этих персонажей куклы, самые настоящие, неподдельные куклы. Я вообще лучше работаю, когда есть какие-то ограничения, когда что-то давит, когда чему-то надо противостоять, выкручиваться. Воображение в таких случаях гораздо лучше работает. Помню, на съемках самого моего любимого фильма, «Бразилия», у нас был всего лишь один маленький съемочный павильон, и все игры с перспективой и звуковыми эффектами в этом фильме как раз и должны были создать впечатление пространства большего, чем на самом деле. Или на съемках «Священного Грааля», когда я вообще только учился режиссировать фильмы. Учился на собственных ошибках: например, мы снимали в Шотландии, в месте, где были потрясающие пейзажи. В первый же день у нас сломалась камера, то есть на ней можно было снимать, но только крупные планы. И мы решили — отлично, сделаем весь фильм крупным планом. Вокруг были невероятные виды, но в фильм они не попали! В тот раз вообще все держалось на полной импровизации. Мы выбились из графика, и когда понадобилась массовка, ее под рукой не оказалось, потому что массовые сцены были запланированы неделю назад, когда до них руки не дошли. Поэтому пришлось согнать в кучу всех участников съемочной группы, их родственников и детей, напялить на них десяток шлемов, сунуть в руки парочку знамен, и получилась армия. Так что в экстремальных обстоятельствах всегда продуктивнее работается, поверьте мне. И то же самое с работой над сценарием — я пробовал снять на лето домик в Италии, чтобы поработать в спокойной обстановке, но ничего из этого не вышло. То есть там тихо, спокойно, ничто не раздражает — и писать совершенно не хочется! Я иду заниматься хозяйством, вместо того чтобы сесть за стол и работать. Зато в городе, где все достает, где пробки, толчея и плохое обслуживание, сразу появляется масса стимулов для творчества.