Электронная книга - «Терри Гиллиам: Интервью: Беседы с Йеном Кристи». Краткое содержание книги:
Почему вы «назначили» Мэтта Дэймона прагматиком, а Хита Леджера — мечтателем?
Я использовал прием, который называется «кастинг против типажа», но только после того, как актеры сами попросили меня об этом. Предполагалось, что интроверт Мэтт сыграет Якоба Гримма, а экстраверт Хит — Вильгельма.
Как к вам впервые попал сценарий Эрена Крюгера и написал ли он «Звонок-2» и «Ключ от всех дверей» раньше, чем «Братьев Гримм»?
Я не знаю точно. Чарльз Ровен, который продюсировал «Двенадцать обезьян», дал мне этот сценарий, и я подумал, что было бы здорово снять фильм о трудолюбивых немцах, которые подарили нам свои волшебные сказки. Мне очень понравился сценарный слоган: «Два жуликоватых молодца попались в собственные сети». Но мне совершенно не понравилось, как был написан сценарий.
Вы его переписали?
Вместе с Тони Грисони мы сделали лекало, которое наложили на сценарий, обрезав лишнее. Таким образом мы застолбили свое «ноу-хау» и готовы открыть курсы кройки и шитья для сценаристов. Но попасть в титры фильма в качестве сценаристов нам не удалось, так как мы не подходим под свод строгих правил Американской гильдии сценаристов.
Вы снимали два фильма одновременно?
Нет, я занимался маленькой «Страной приливов» во время вынужденного простоя больших «Братьев Гримм». Это история о попавшей в трудные обстоятельства девочке. И о детских способностях быстро восстанавливать физические и душевные силы. Я постоянно слышу истории о детях-жертвах. На самом деле дети самые выносливые и творческие существа на планете.
Вы снимали «Братьев Гримм» самостоятельно или со студией?
Мы снимали со студией «Дименшн филмз», хотя начали этот проект с «MGM». Накануне съемок в Праге нам сообщили, что «MGM» закрыла проект и что мы можем возвращаться туда, откуда приехали. Но не прошло и суток, как нам позвонили из «Дименшн» и сказали, что они хотят реализовать этот проект.
Я понял: для того чтобы снять фильм о легендарных братьях Гримм, я должен ужиться с легендарными братьями Вайнштейн. Я вылетел в Лос-Анджелес и сказал Бобу: «Послушай, Боб, мы оба очень независимые люди и оба убеждены в своей правоте. Это будет трудный брак». И действительно, это был брак без медового месяца. До того как высохли чернила на контракте с Вайнштейнами, они перепроверили все мои принципиальные решения. Среди них был выбор актрисы на роль Анжелики, женщины, которая вдохновляла обоих братьев Гримм, как говорится, на подвиги. Я хотел Саманту Мортон. Но мне было сказано, что «оскаровская» номинантка недостаточно привлекательна. И ее заменили Линой Хиди. А через пять недель после начала съемок Вайнштейны уволили оператора Николу Пекорини, с которым мы вместе снимали «Страх и ненависть в Лас-Вегасе». И тогда я заявил: «Я закончу этот фильм, но больше не стану отвечать на телефонные звонки и разговаривать с кем бы то ни было». Таким образом я сбил температуру с обеих сторон наших взаимоотношений, которые после этого сильно похолодели, но зато больше никто не вмешивался в процесс съемок.
Ходили слухи, что Вайнштейны послали кого-то, кто должен был заслонить своим телом камеру, чтобы предотвратить съемки Мэтта с накладным носом.
Это было еще забавнее. Ночью накануне съемок Боб позвонил мне и сказал: «Если ты наденешь на Мэтта нос, мы закроем фильм, и будь уверен, что это проще простого». Накладной нос придавал герою Дэймона грубоватую силу, и, уверенный в своей правоте, я был готов закрыть фильм. Но Мэтт сказал: «Я действительно хочу сниматься в этом фильме, так что давайте двигаться вперед». И я согласился с ним, хотя чувствовал, что пошел на компромисс по поводу чего-то очень существенного для меня.
Можно ли расценивать случившееся как реакцию Вайнштейнов на вашу подпорченную репутацию в Голливуде?
Возможно. Я удивлен, что люди считают, будто я безумный, безответственный, неконтролируемый. Я уверен, что все эти характеристики тащатся за мной со времен «Бразилии». Вы не можете критиковать систему, в которой живете, и выиграть. Но я не боюсь признаться, что Министерство информации в «Бразилии» напоминает мне администрацию Буша больше, чем что-либо, что я видел в своей жизни.
«Братья Гримм» — это коммерческий фильм?
(Смеется.) Конечно, я впервые снял фильм о прошлом, в котором актеры показывают пристойные зубы.