![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
ность — взвесит, в самом ли деле опасно или только показа
лось. Помнишь Севрюкова? Какой смелый разведчик был! А
после контузии он в госпитале только услышит слово «воздух»
и сразу под одеяло забьется и плачет. Ты, Митя, переболел.
Мозг у тебя словно мягким снежком покрыт. Заболело внутри,
ты умирать надумал. Вспомнил о жене — испугался, как бы с
дочкой то же не случилось. Заметил, что Игорь Николаевич
приболел, а тебе кажется — нападение на нас готовят.
252
— Я не ожидала такого популярного изложения моей весьма
запутанной беседы с тобой, — Андрей обернулся и увидел, что
в дверях стоит Сара Соломоновна. — Я минут пять за дверью
слушала. — Поймав укоризненный взгляд Риты, Сара Соло
моновна улыбнулась и шутливо всплеснула руками. — Знаю,
маленьких шлепают за то, что подслушивают... Ох, ну что ж
мне оставалось делать, если он так увлекся. Оставьте нас с
Дмитрием Ивановичем одних, — попросила Сара Соломоновна.
— Письмецо мое не забудь, — напомнил Митя. Андрей кив
нул головой и осторожно взял за руку Риту.
— Не учитесь у меня подслушивать, — Сара Соломоновна
погрозила Андрею и Рите пальцем.
— Мы дверь плотно закроем, — заверила Рита. Андрей
вышел первым, Рита за ним.
— Ты о чем задумалась?
— Сама не знаю, Андрюша. Жалко мне всех. И страшно.
— Митиных слов испугалась? Мы с тобой еще на воле
встретимся. Вспомним больницу, лагерь.
— Митя умрет?
— Почему так сразу «умрет»?
— Вы с ним на фронте встретились?
— В запасном полку. Мне гимнастерку и брюки ватные
не по росту дали. Митю послали за новой партией обмундиро
вания и он нашел мне всю одежду по росту. А то бы я как
чучело огородное ходил. Потом в одном вагоне на фронт еха
ли. Под Кировоградом, в селе Диковке, передовая километров
в двадцати оттуда стояла, нас пришли покупать.
— Как «покупать»?
— Офицеры отбирали кого куда. Солдаты называли их
покупателями. Y Мити был значок «Отличный разведчик».
Его сразу взял капитан Дементьев, командир дивизионной раз
ведки.
— Откуда ты его фамилию знаешь?
— Воевал в его роте.
— Он молодой?
— Капитан-то наш? Двадцать второго года. Осмотрел он
нас и спрашивает: «Кто понимает по-немецки?» Я молчу. Гово
рить немного выучился, пока при немцах жил, но плохо. Митя
вышел и на меня показал. «Я с ним в запасном полку был, —
253
говорит Митя, — он по-немецки соображает». Взяли меня в
разведку. Как-то ночью мы втроем пошли за языком. Герой
Советского Союза Обедняк, Митя и я. Языка взяли, я его кула
ком пристукнул немного, чтоб не шумел, и к себе потащили.
На нейтральной полосе немцы засекли нас. Ракетами поле
осветили. Из пулеметов и минометов бьют, голову не дают под
нять. Снаряд прямо передо мной разорвался. Ослепило меня,
контузило. Уже подползали к нашим, меня осколком в лоб
стукнуло. Кровью лицо заливает, в глазах темно, в ушах зве
нит. Руки и ноги как ватные. Митя обхватил меня и тащит, а я
как куль повис. Дополз он, не выпустил меня. Уже в наших
окопах из кармана у себя вытащил кусачки и осколок ими
у меня изо лба выдернул, а у самого кровь из шеи хлещет.
Задело его. Нас обоих в медсанбат. Недели по три провалялись
и опять вместе попали в разведку. Летом сорок четвертого вто
рой раз задело меня. И опять Митя помог. У него у самого
осколок живот распорол. Одной рукой кишки заталкивает, а
другой меня волочет. Жизнью своей с ним не расплачусь.
Вдруг он и вправду умрет?
— Сам же говорил, что показалось ему.
— Мало ли что говорил... Я успокаивал Митю.
— А что ты будешь делать на свободе?
— Сказать по правде?
— Скажи.
— Тебя ждать, если ты захочешь.
— Ты мне в третий раз про это говоришь.