Стамбульский бастард [litres] [The Bastard of Istanbul]

– Тебя что, сглазили? – с подозрением покосилась на Асию тетушка Фериде.

– Меня сглазили? – горько засмеялась Асия. – Да как пить дать! Весь город моей красоте завидует, разве нет?

– Сегодня в газете написали, что восемнадцатилетний парень переходил дорогу и вдруг бухнулся на колени и умер на месте. Думаю, его сглазили, – заметила тетушка Фериде с неподдельным страхом.

– Ну, спасибо за моральную поддержку, – ухмыльнулась Асия, но нахмурилась, заметив, на что уставилась ее полоумная тетушка.

Солонка и перечница в виде парочки снеговиков. Асия не далее как вчера запрятала их подальше в буфет, надеясь на то, что их как минимум месяц никто не найдет. И вот они снова посреди стола. Не просто вульгарные, дешевые, но, увы, очень прочные, а еще и похожие друг на друга как две капли воды, так что не разберешь, где соль, где перец.

– Как жаль, что Петит-Ma себя не очень хорошо чувствует, а то бы она тебе на расплавленном свинце погадала, – заметила тетушка Бану.

Асия еще никогда не видела ее такой встревоженной. В том, что касалось всяких таинственных и сверхъестественных дел, тетушка Бану была, бесспорно, самым опытным человеком в доме, однако свинец она лить не могла. Для этого требовалось особое посвящение от сведущего человека, и ей в таком посвящении когда-то отказали.

Почти десять лет тому назад Петит-Ma, у которой тогда только начиналась болезнь Альцгеймера, решила, что пришло время передать тайну гадания на свинце следующему поколению. Но, вопреки всеобщим ожиданиям, выбрала своей преемницей вовсе не тетушку Бану, а главную безбожницу – тетушку Зелиху, чем вызвала в семье изрядный переполох.

– Ты что, издеваешься? Да я не могу лить свинец. Я даже в Бога не верю. Я агностик, – заявила старушке сама тетушка Зелиха.

– Уж не знаю, что это слово значит, и как пить дать, ничего хорошего, – фыркнула Петит-Ma. – У тебя есть дар. Давай учись.

– Но почему я?! – спросила тетушка Зелиха, пытаясь прикинуть в уме такую возможность. – Почему бы тебе не выбрать старшую сестру? Бану будет рада узнать секрет гадания, а я-то уж последний человек, которого можно обучать колдовским штучкам.

– Это не имеет никакого отношения к колдовству. В Коране запрещено колдовать, – несколько обиженно возразила Петит-Ma. – В тебе есть то, что нужно: решительность, отвага и ярость.