Сочинения в 3-х тт. Том 3
- Автор: Хэммет Дэшил
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА — Книжный клуб; Литература
- ISBN: 5-300-02958-0 (т. 3), 5-300-02955-6
- Переводчик: Александр Владимирович Санин
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Сочинения в 3-х тт. Том 3». Краткое содержание книги:
В третий том Сочинений вошли романы «Мальтийский сокол», признанный лучшим американским детективом XX века, и «Худой», а также повести и рассказы, в которых на смену безымянному «оперативнику из «Континенталя» приходит ловкий и обаятельный Сэм Спейд — прообраз будущих суперменов.
— Я понял: вы не находились настолько близко от Уайнента, чтобы увидеть, был ли он возбужден или нет, была ли на нем цепочка от часов, шел ли от него запах пороха и т. д.
— Все, что я видел, — это его лицо. Но ты не думай, будто я не уверен, что это был не Уайнент.
— Я не думаю. Продолжай.
— Мне он не позвонил. Примерно через час после того, как я вернулся, позвонила полиция и сообщила, что Джулия мертва. Ты должен понять: в том, что Уайнент убил ее, я не сомневался ни минуты. Ты можешь это понять. Ты все еще думаешь, что это сделал не он. Поэтому, когда я пошел туда и полиция стала задавать мне вопросы, я увидел, что они подозревают его. Я сделал то, что девяносто девять адвокатов из ста сделали бы для своих клиентов. Я не сказал, что видел его поблизости в пределах времени, когда совершилось убийство. Я сказал им то, что сказал тебе, — что у меня с ним была встреча, — и, раз он не приходил, я дал им понять, что уехал к Герману прямо с улицы Плаза.
— Это вполне резонно, — согласился я. — В том, что ты рассказал, нет смысла, пока нет показаний другой стороны.
— Точно. И дело в том, что я никогда не слыхал его показаний. Я ожидал: он появится, позвонит мне или еще что-нибудь. Но от него ничего не было слышно до вторника, пока я не получил письмо из Филадельфии. И в нем не было ни слова о том, почему он не смог прийти ко мне в пятницу, — ничего. Да ты видел письмо. Что ты думаешь по этому поводу?
— Ты хочешь знать, было ли в письме чувство вины?
— Да.
— Нет, — сказал я. — В нем написано все так, как если бы он ее не убивал. Нет особенных волнений по поводу того, что полиция подозревает его, за исключением того, что это может помешать работе и он хочет, чтобы все прояснилось и не было никаких осложнений; если сравнивать с другими, то оно ничем не отличается, разве что написано в его заумном стиле. Я так и вижу его отправляющим письмо без малейшего представления о том, что ему лучше подумать над тем, как он объяснит свои действия в день убийства. Насколько ты уверен, что он именно от Джулии ехал, когда ты видел его?
— Сейчас я уверен. Сначала предполагал. Затем подумал, он, может быть, из своего цеха едет. Цех находится на Первой авеню, за несколько кварталов от того места, где я его видел, и, хотя он был закрыт с тех пор, как он уехал, мы снова снимаем его и все готово к работе, если он вернется, — возможно, в тот день он был там. Полиция ничего не смогла найти там, что бы подтверждало, что он там был.
— Я хотел спросить тебя, — говорят, он бакенбарды отрастил. Он…
— Нет. У него все такое же длинное, худощавое лицо, с такими же редкими белыми усами.
— Другой вопрос. Вчера здесь убили одного типа, по имени Нунхайм. Это был небольшого роста…
— Я к этому как раз и подхожу, — сказал он.
— Я подумал о маленьком человеке, который, как ты полагаешь, мог следить за тобой.
Макоули посмотрел на меня.
— Ты хочешь сказать, это мог быть Нунхайм?
— Я не знаю, я думал.
— И я не знаю, — сказал он. — Я никогда не видел Нунхайма. насколько я…
— Это был маленький человек, не больше пяти футов и трех дюймов, а весом не более ста двадцати фунтов. Ему было около тридцати пяти или тридцати лет. Желтоватый, темные волосы и глаза, глаза почти рядом сидят, большой рот, большой, мягкий нос, уши как у летучей мыши крылья.
— Это мог быть он, — сказал он. — Хотя близко я его не видел. Возможно, полиция даст мне посмотреть на него. — Он пожал плечами. — Я бы не сказал, что это имеет значение сейчас. На чем я остановился? А, да, на том, что не мог связаться с Уайнентом. Это поставило меня в неудобное положение, раз полиция знает, что я связан с ним и ничего об этом не говорю. Ты ведь знал?
— Да, — признался я.
— И ты, возможно, как полиция, подозревал, что я встречался с ним на улице Плаза или позже в день убийства?
— Это могло быть.
— Да. И конечно, ты частично прав. Я по крайней мере видел его, и видел в том месте и в такое время, что полиции станет ясно, кто виноват. Итак, инстинктивно солгав, теперь я уже врал намеренно. Герман был занят на конференции весь день и не знал, сколько я его ждал. Луиза Якобс — мой хороший друг. Не вдаваясь в подробности, я сказал ей, что она может мне помочь, помочь клиенту, если скажет, что я прибыл в две или три минуты четвертого, и она довольно охотно согласилась. Чтобы защитить ее от неприятностей, я сказал ей: если дело пойдет неладно, она может заявить, что не помнит, когда я приходил, но что на следующий день я случайно упомянул о времени своего прихода и у нее не было причин не верить мне, все целиком сваливая на меня. — Макоули глубоко вздохнул. — Сейчас это не имеет значения. Важно то, что я получил известие от Уайнента.