Каменные часы
- Автор: Кротов Александр Анатольевич
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Каменные часы». Краткое содержание книги:
В произведении, давшем название сборнику, рассказывается о минувшей войне. Повести свойствен высокий пафос гражданственности, напряженный сюжет, необычный поворот военной темы.
Динамичность, острота коллизии присущи и другой повести — «Новая версия» — рассказывающей о расследовании уголовного преступления.
Рассказы о любви, представленные в сборнике, отличает душевность, лиричность. Они оптимистичны, полны глубокой веры в светлое чувство.
Нет, не умела, не научилась старая говорить: тихим был ее голос, и слезы вспыхивали на глазах. Томительная, тревожная тишина необычайно волновала, и Катерина не помнила себя в эти минуты, с великим трудом исполнила просьбу Никифора, и только в рейсовом автобусе, катившем в райцентр, вернулась к ней ясность и способность воспринимать сегодняшний день.
Никифор с отрешенным лицом смотрел в окно. В глубоких морщинах его светились слезы. Или это ей показалось и свои собственные еще не высохли?
Мимо проплывал лес.
С войны она не ходила там по глухим тропам. Сейчас не было нужды без конца прятаться на своей земле. И не тяжелая забота, а спокойствие и скука блуждают по лицам пассажиров, которые на остановке — все туристы, будь они неладны! — едва не ломая кости друг другу, захватывали сидячие места.
Не хотелось им постоять полчаса пути.
Конечно, таких только горе научит доброте или собственная беспомощность. Мучает, мучает их одиночество. Все зло — от этого. Потому уважение у них растет лишь к самим себе и дорогим вещам. Нет у таких друзей и знакомых, способных искренне и бескорыстно помочь им в трудную минуту. Отсюда у них — грубость, и злость, и беспощадность, и стремление одеться как можно модней и нарядней — хоть как-то компенсировать свою убогость души и неустроенность там, где все по справедливости. Все — от одиночества. От него затягивает сердце сытая глухота, и друзьями и знакомыми называются вечные гости, тоже страдающие от того же недуга: безразличия к ближнему.
И заразная ведь болезнь!
Старая Катерина не стала говорить о том Никифору.
Он не хуже, чем она, чувствовал это и понимал, если сорвался сразу же ехать в райбольницу, и, наверное, все-таки есть резон думать, что люди, подобные Лизке, этой тонкогубой лихоманке, уходили от возмездия часто именно из-за одиночек, смотрящих в себя, в свою конуру, одиночек, которым никогда не нужно для счастливой жизни различать подлеца и хорошего человека, да и не станут они себя чем-то утруждать помимо своего маленького уютного мирка. На это у них уверенности и силы хватает, да еще на то, чтобы хоть местечко урвать в автобусе и, зевая от скуки, полчаса проехать с людьми и совершенно их не заметить, наплевав на них.
Лизка, если хорошенько припомнить, тоже сначала была такой, и уж затем в страшную годину прибилась к Тялте, приспособилась жить с упырем. Легче ей было с ним, чем с людьми, которых истязал изверг. Он никогда не тревожил ее совесть.
Все-таки какие неисповедимые пути бывают у одиночек, совершенно оторвавшихся от людей, и нельзя им сочувствовать и тем более — стараться их понять. Карой надо лечить такую болезнь. Только карой!
Лизка ведь погубила Ваню Коврова, выследила его, чтобы умаслить своего упыря и подняться с ним вровень, заслужить благодарность недотыкомки в обмен на подарки, золото, шикарную одежду, меха, сытую жратву и вино, когда в селе уже начинался голод, ограбленные люди стали нищими и из них фашисты складывали ужасные штабели, а пламя, дым и чад заслонили небо.
Многие преступления рождаются от неодолимого, звериного одиночества, разливающего по земле дикость и мрак.
Уверена была в том старая Катерина.
Оттого фашистам и нужен был Тялтя (тоже ведь сверхчеловеком, великой одиночкой считал себя этот плюгавый крючконосый убийца). Такие не способны жить вместе со своей страной и народом, при удобном случае все на свете продадут, лишь бы уцелеть и уцепиться за жало власти.
Тялтя-Гуль уничтожил массу людей и заставил гитлеровцев не вспоминать о своей национальности. Но память-то не отнять у тех, кто выжил!
Никифор дотронулся до руки старой Катерины.
— Приехали.
Она открыла усталые, воспаленные глаза. Чуть было не сморил сон. Уже пригрезился было омерзительный Тялтя-Гуль.
— Ох, не хочу я смотреть другой раз на Лизку, — пожаловалась старая, — поверь, не хочу.
Они вышли из опустевшего автобуса последними, вздохнули после духоты на свежем ветре. Изрядно сквозило на небольшой открытой площади. Трехэтажные дома виднелись впереди. За ними располагались небольшие корпуса больницы. Туда вела булыжная мостовая. Только здесь оставили власти города маленький ее кусочек. Дальше начиналась широкая асфальтовая магистраль.
Темные булыжины были отполированы до блеска.
Никифор улыбнулся. Он любил приметы старины и ценил у новых людей уважение к предкам. Приятно было увидеть булыжную мостовую. В память о старых временах не закрыли для своего удобства хотя бы частичку. Попалась по пути и послевоенная чугунная колонка. Никифор не удержался и напился из нее воды. Даже закололо в висках, — так холодна была эта вода.