Заговорщики Гора

Я не хотела умирать!

— Четыре ена, Аллисон, — крикнула мне вслед Леди Бина.

И тогда я выпрямила спину, расправила плечи и тщательно приспособила ошейник на шее, так, чтобы замок смотрел точно назад. Не забыла я поправить и косынку. Мне вспомнились слова моих наставниц из дома Теналиона. «Помни, — говорили мне они, — Ты — рабыня, а рабыня является самой беспомощной, уязвимой, волнующей и желанной из всех женщин». Я подняла голову и пошла неторопливой размеренной походкой прогуливающейся рабыни, гордящейся своим ошейником и своей женственностью, и умеющей хорошо продемонстрировать это. Я направлялась к домам у края рынка. Там меня легко можно было поймать. Там мне некуда было бежать. Разве это не было по-своему приглашением? Разве это не могло бы намекнуть кому-нибудь на удобство, на представившийся шанс? Моё тело вспомнила ту походку, которой учили меня наставницы, одновременно высокомерную, и намекающую на уязвимость и готовность. Эта походка словно кричала: «Вот идёт рабыня, и каковы будут ваши действия, Господа?» Когда наставницы были удовлетворены своей ученицей, они пригласили двух охранников в один из больших учебных залов. На этом этапе мне разрешили надеть тунику. Нужно было не только научиться правильно двигаться, но и хорошо при этом выглядеть в тунике, камиске, платье, рабской полосе, та-тире и прочих нарядах самых разных видов фасонов. «Шагай, Аллисон, — скомандовала старшая наставница, — пройдись третьей походкой рабыни».

Как вам, наверное, известно, существует широкий спектр манер, походок, поз, положений, демонстрирующих почтение, покорность и так далее, которым обучают рабынь. Ведь, в конечном итоге, они предназначены для того, чтобы быть проданными мужчинам как мечта об удовольствии.

— Ай-и-и! — воскликнул один из охранников, вскакивая на ноги.

Через мгновение я был схвачена сразу обоими, и задёргалась в их руках. Я почувствовала, что меня подняли над полом.

— Нет, нет! — рассмеялась старшая наставница. — Она — белый шёлк, белый шёлк!

Меня до глубины души потряс этот опыт, зато я осознала кое-что о власти, которая есть в руках рабыни, и о том, что даже у рабыни есть определённая власть.

Оба охранника покинули зал явно раздражённые. Несомненно, они чувствовали себя обманутыми. Уверена, что позже они заставили наставниц заплатить за своё недовольство «монетой мехов». Впрочем, не думаю, что наставницы сколь-нибудь возражали против этого. Честно говоря, я сильно подозревала, что такой исход запросто мог фигурировать в их планах.

— Мерзкая шлюха, отвратительная, полуголая шлюха! — прошипела свободная женщина.

По крайней мере, она не приказала мне встать на колени, и не избила меня. Как они нас ненавидят! А может они просто завидуют нам? Через мгновение обругавшая меня женщина растворилась в толпе. На самом деле, я не была полуголой, многие мужчины выводят своих рабынь на улицы в куда меньшем. Скорее тунику рабыни-служанки женщины, которую я носила, можно было бы назвать довольно скромной одеждой, хотя, что и говорить, несколько более откровенную, чем у большинства подобных мне рабынь.