Our golden years (СИ)

Ещё одни руки лишними не будут, да и Римусу показалось, это отличная возможность сбавить напряжение между ними и Питером. Их квартету достаточно одного личного напряжения между Бродягой и Хвостом, природу которого Римус уже давно оставил попытки постичь.

— … я вот в жизни не готовил, у нас для этого есть домовой эльф, — Сириус, сверявшийся с картой, состроил пренебрежительную гримасу. Было бы кому гримасничать, сам наверняка сковородку от кастрюли отличить не сможет. Так-то, если подумать, Римус нашёл кого взять с собой на эту миссию. Двух избалованных чистокровных волшебников, до одиннадцати лет не знавших слова «труд». — Лунатик, а ты умеешь готовить?

— Ну, по мелочи. Макароны там, с сыром… — перенёсся он на мгновение в Портсмут. Так, долой упаднические настроения! Что бы сказал Сохатый? — Брось, Хвост, выше нос! Считай это вылазкой Мародёров. Когда мы последний раз что-то нарушали?

— Но вы же сказали, что получили разрешение…

И они с Сириусом, идентично нахмурившись, переглянулись.

Да уж, настоящие бунтари, ничего не скажешь.

Как и сказал Питер, они действительно получили разрешение, так что проникновение на кухню не было проникновением. На входе в помещение, соразмерное Большому залу, их радостно встретил щупленький домовой эльф и провёл к хозяйственной части, где с четырёх утра не покладая рук варганил еду для всей школы многочисленный полурослый персонал. Поэтому на воплощение своей идеи у них было около пяти часов.

Пяти часов же должно хватить?

Должно, определенно должно, — утешал себя Римус.

— Мы подготовили всё по вашему списку, мистер Блэк! — Торжественно указала ручками с растопыренными пальчиками на гору ингредиентов эльфийка. — Вам точно не понадобится помощь?

— Не понадобится, Уилли. Безграничное тебе спасибо, — и теперь переглянулись Римус с Питером от этого обострения вежливости. Мало Блэку длинноногих поклонниц, он ещё и эльфов решил в себя влюбить. — Иди отдыхай, а мы обещаем ничего не взорвать, — и краска вмиг сошла с мордочки Уилли.

— Обольститель из тебя, как из куска пенопласта, — не смог не прокомментировать Римус, провожая пятившуюся к служебному выходу и, очевидно, десять раз пожалевшую о своей отзывчивости эльфийку.

— Получше, чем из тебя, — отбил Блэк, сняв наконец маску благородного рыцаря. Сириус никогда не питал особой любви к домовикам. — Ладно, приступим.

Три головы склонились над листком с рецептом, больше напоминающим пособие для пыток. Они поочередно косили взгляды на заваленный продуктами стол, чтобы соотнести название ингредиента с его физической формой, и вновь, сведя брови, возвращались к похожему на иероглифы почерку.

— А что такое «водяная баня»? — Задал, надо заметить, актуальный вопрос Хвост.

— И взбить белки «до пиков», — вроде Римус верно расшифровал.

— Надо забить белку пиками?! — Выпучил глаза Питер. Годрик, помоги… какая, нахрен, белка?

К удивлению, Блэк так же выпучился на Римуса.

— А почему вы на меня смотрите? Бродяга, чьи это каракули?

Сириус разогнулся, почесал бровь, словно тяня время [алло, у них всего пять часов!] и шумно выдохнул.

— Меды…

— Что?! — Хором с Петтигрю. — Вам же, Блэкам, при рождении раздают каллиграфические способности, — поднял он челюсть.

— Ну, на неё не хватило. Да ладно, разберемся по ходу дела. Хвост, с тебя крем, а мы с Лунатиком займёмся этими, как их там…

— Бисквитами, — подсказал Римус, и тот щёлкнул пальцами.

— Может, вернём Уилли? — Осторожно вполголоса спросил Питер. Впервые Римус был с ним согласен.

Но Блэк, похоже, занявший капитанский пост в отсутствие Сохатого, приказал не ныть.

[Вентили в руки и вперед и с песней! — Венчики. — Не умничай!]

В принципе, тактика «по ходу дела разберемся» каким-то образом сработала. Правда, Римусу пришлось сгонять в библиотеку и откопать экземпляр «Помощника для хозяюшки» в бытовой секции. И то, что эльфы предусмотрительно оставили им ингредиенты в тройных объемах — на всякий случай — тоже сыграло не малую роль. А заклинание, очищающее воздух, позволило им не задохнуться от гари.

Однако через полтора часа они — по локти в муке, какао и сахарной пудре — не сдвинулись дальше первой трети написанного Медой [куриной лапой] рецепта. Римус, ко всему прочему, ещё и вспотел, взбивая чертовы яйца грозящими отвалиться руками. У Питера, как ни странно, дела обстояли лучше всего, хоть он и запорол первую партию крема, перепутав сахар с солью. И вроде впору было злиться и раздражаться, но кухню заполнял только нескончаемый смех — возможно, с нотками сумасшествия, но смех.

Самая же громкая волна прокатилась, когда Блэк, завопив «нет, это невозможно!», исчез из виду с сумкой наперевес за перегородкой и предстал перед ними с собранными наспех в высокий хвост волосами и в переднике.

— Харе ржать, — металлическим тоном произнесла «хозяюшка», уткнув руки в боки, пока они с Питером катались по полу.

— Милый фартучек, — задыхаясь, еле выговорил Римус, — его тебе тоже Меда прислала?

— Заткнись, — не в полную силу огрел его по плечу Блэк деревянной ложкой, оставив на джемпере белый след. Смех Питера перерос в завизгивания. — Зато я не уделаюсь, как некоторые!

— Зато «некоторые» не смахивают на мадам Розмерту в молодости, — продолжая отбиваться от атаки ложкой.