Альфа и Омега. Книга 2

— Пришлось подмазать пару крючкотворов, но я получил приказ о твоем освобождении раньше, чем о нем узнала Церковь. Это был единственный шанс, Хана, так что просто пойдем со мной.

Мой мозг физически отказывался соображать — все происходило слишком быстро, я словно до сих пор спала и видела какой-то фантасмагорический скомканный сон. Все это как будто бы уже было один раз: заднее сидение его машины, необходимость пригнуться на выезде и потом долгое петляние по улицам, прежде чем детектив наконец позволил мне выпрямиться. Только на этот раз не я одна была в опасности.

— Что с Йоном? — первым делом спросила я, когда снова могла говорить с ним лицом к лицу.

В зеркало заднего вида я увидела гримасу недовольства, дернувшую его лицо. Разговоры о моем альфе — которого он ни разу не назвал по имени — явно выводили мужчину из себя. И чем дальше, тем сильнее.

— Его пока нельзя перевозить, — отозвался он.

— Но вы сможете его забрать, правда? — сразу уточнила я. — Когда ему станет лучше?

— Как ты себе это представляешь, Хана? — хмуро спросил детектив, выворачивая руль, чтобы вписаться в поворот. — Мне удалось забрать тебя, потому что все произошло очень быстро и приказ не успел дойти до своих получателей. Повторить это с твоим парнем мне вряд ли удастся.

— Но вы же обещали… — непонимающе пробормотала я.

— Хана, послушай меня. Твой альфа… нездоров. У него совершенно точно проблемы с головой. После того, что случилось в его детстве, это меня вообще не удивляет, но ты, кажется, не замечаешь очевидного.

— Что с ним случилось? Что вы узнали? — не отставала я, придвинувшись максимально близко к передним сидениям и даже отстегнув для этого ремень безопасности.

— Хочешь поговорить об этом на ходу? — недовольно дернул бровью он.

— Хотите, чтобы я пошла с вами, пока он остается в лапах Церкви как заложник? Говорите, — отрезала я. — Что вам известно?

— Его мать действительно была под сильным наркотическим воздействием, когда соседи вызвали полицию. Они не нашли ребенка и подумали, что она что-то с ним сделала. Хана, ты ведь знаешь, что у омег иначе работает связь с Великим Зверем, верно? — Он коротко посмотрел на меня через зеркальце, и я кивнула, не понимая, при чем тут это. — Альфы обретают клыки и когти, когда злятся, омеги — когда испытывают удовольствие. Та женщина… Мина Гу, так ее звали, верно? Наркотик затуманил ей разум и в то же время оказал стимулирующее воздействие на ее либидо. Она перестала себя контролировать.

— Я знаю это, — подтвердила я. — Йон сказал, что она убила своего любовника прямо во время полового акта.

— А он сказал тебе, что она съела половину его лица? И, как я полагаю, начала это делать, еще когда он был жив.

У меня перехватило дыхание, а картинка, вставшая перед глазами, была настолько яркой, что к горлу подкатило густое облако желчи.

— В состоянии частичной трансформации она была сильнее его, и он не мог ее сбросить. Она ела его живьем несколько часов, прежде чем несчастный скончался от болевого шока. И продолжала отковыривать кусочки от его тела, когда в дом ворвалась полиция. Если твой альфа видел это… Хана, ты понимаешь, что тот бедолага мог быть еще жив, когда он пришел из школы? Что он мог просить его о помощи?