Маргиналы в советском социуме. 1930-е — середина 1950-х годов

Отмеченные выше обстоятельства не являлись свидетельствами каких-либо «привилегий» для трудпоселенцев. Они также подвергались санкциям, предусмотренным государственными директивами. Согласно статистике ОТП по Новосибирской области за вторую половину 1940 г. в ряде комендатур оказался достаточно высок процент ссыльных, привлеченных к ответственности за нарушение Указа от 26 июня 1940 г.: в Кузнецкой комендатуре из 3,2 тыс. работавших санкциям подверглось 240 чел.[523] В первой половине 1941 г. среди трудпоселенцев, работавших в тресте «Прокопьевуголь» «указников» оказалось 177 чел. Тем не менее данную цифру следует оценивать в контексте того, что на тот же момент времени на шахтах треста трудилось более 2 тыс. ссыльных крестьян, отнесенных к различным группам «передовиков»[524]. К тому же, по сложившейся практике, осуждение «указников», в т. ч. трудпоселенцев, не влекло за собой лишения свободы; они оставались работать там же при удержании у них значительной доли зарплаты.

В процессе становления и функционирования комендатурной экономики в Западной Сибири сложилось положение, при котором одна часть ссыльных крестьян имела «приписку» к аграрному сектору и связанному с ним промысловому производству, другая — использовалась в индустриальных отраслях народного хозяйства. Профили хозяйственной деятельности комендатур имели и географическую привязку: северные комендатуры (Нарымский край) специализировались на сельскохозяйственном производстве, промыслах и лесозаготовках, южные (Кузбасс) обслуживали преимущественно угольно-металлургический комплекс. Сложившаяся в начале 1930-х гг. хозяйственная специализация комендатур на протяжении десятилетия принципиально не изменилась, хотя налицо было некоторое акцентирование внимания директивных органов на нужды индустриального сектора. Так, осенью 1931 г. в северных комендатурах Западной Сибири насчитывалось около 200 тыс. спецпереселенцев, в южных комендатурах — до 100 тыс. чел. Уже к началу 1938 г. пропорции расселения «спецконтингента» весьма существенно изменились: в северных районах Новосибирской обл. проживало около 117 тыс. трудпоселенцев, в районах Кузбасса в трудпоселках находились 83,4 тыс. чел.[525] По данным ОТСП по Новосибирской области на начало 1941 г., трудоспособные ссыльные крестьяне работали в лесной промышленности (8134 чел.), золотопромышленности (1531 чел.), строительстве (4750 чел.), металлургии (3231 чел.), угольной промышленности (17 139 чел.), в сельскохозяйственных и кустарно-промысловых артелях (32 699 чел.)[526]. Из этого следует, что традиционным крестьянским трудом (аграрная и животноводческая отрасли и промыслы) в комендатурах региона устойчиво занималось около половины работавших трудпоселенцев. Подобная структура трудовой занятости отличала Западную Сибирь от других регионов концентрации комендатур (Урал, Казахстан и др.), в которых ссыльные крестьяне директивным путем превращались в универсальную «рабсилу» для модернизировавшихся секторов экономики. Сохранение за репрессированными крестьянами в северных комендатурах традиционной для них хозяйственной специализации преследовало две взаимосвязанные цели — карательно-изоляционную (дислокация значительных масс ссыльного контингента в удаленных от обжитых районов местностях) и освоенческую (разработка и использование природных ресурсов в данных районах).