Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

– Разве что если какая-нибудь высшая сила вмешается и соберёт этот песок монархий в нечто крупное и единое. А сейчас? Мы можем только выпить за спокойствие в этом регионе.

– Боги?

– Нет… да и нет, мой друг никаких богов.

Подошедшая служанка поставила бутылку вина на стол, и пошла дальше обслуживать посетителей трактира. Парни отметили это лишь взглядом на бутылку.

– Так чем займёшься дальше, Готфрид?

– Не хочу быть больше душегубцем, по крайней мере просто за деньги. Ведь Орден учил искоренять нечестивцев и ересь, и я хочу продолжить идти по этой стезе. Охота сражаться с пакостью мира сего и быть подальше от лордов, королей ярлов и прочей грязи разборок.

– И что будешь делать? – спросив, Азариэль скрестил руки на груди. – Сражение и благородство трудно совместить.

– Думаю пойти в рыцари.

– А в какой орден? Думаю, лучше нашего ничего не будет.

– Ты прав, друже, прав. Тута имеется братство рыцарей Розы, но они служат обители короля Вэйреста. Я хочу пойти в рыцари Круга.

– И биться с противниками жизни?

– Да. Лучше так провести живота остаток. В борьбе с теми, против кого я когда-то клятву держал.

– Что ж, надеюсь, у тебя всё получится, Готфрид.

Азариэль оглянулся и устремил взгляд в трактир. Он видит, как какой-то монах в штопаной рясе, поднял кружку над столом, славя трактирщика вином. Где-то за другим столиком сидят мужики и играют в карту, и сейчас один из них проиграет куртку. Пьют все – работяги и крестьяне, путники и пара стражников города, пьют везучий с несчастливым и каждый стремится сегодняшний вечер «раскрасить в цвета синевы».

– Ой, – рядом со столом остановился черноглазый босмер, с растрепанными волосами, сивым лицом и грязной невзрачной одежде, ставшей лохмотьями. – Какой у вас знатный стол.

– Чего тебе надобно?

– Господин норд, у наших друзей нет денег, чтобы позволить себе одну десятую этого стола, – Азариэль оглянулся и увидел, как с одного из столиков на них смотрят четыре пары голодных глаз за столом у окна, а из еды у них сушёная рыба да кружка пива.

– И что ты хочешь?

– О, благородный альтмер, не могли бы вы с нами поделиться пищей или монетами. Прошу вас. Вы знаете, – нищий поднял палец вверх, ткнув в деревянный потолок. – Там вознаграждают щедрых.

Парни переглянулись, и Азариэль потянулся к принесённой бутылке вина, в то время как Готфрид кинул на стол кошель, зазвеневший приятным звоном медных монет.

– На, – альтмер протянул бутылку. – Бери.

– Ох, спасибо вам! – хватанулся нищий за бутылку и ловким движением смахнул деньги со стола, попутно утащив и пару колбасок. – Вы так щедры господа.