Тень Серафима [АТ]

Стражи не могли нарушить приказ, а данный им приказ был таков, что сильфу нельзя возвращаться. Если развернуться и попытаться пойти назад, стражи кинутся на него и почти наверняка убьют на месте. А значит, нужно всего лишь покинуть злосчастное место, неважно с какой скоростью он будет передвигаться. И тогда он останется жив и здоров. Всё просто.

Просто — да не просто.

Что-то мешало ювелиру уйти, будто держало на привязи. Он честно попытался удалиться, но вот незримый поводок оказался натянут, и дальше пути не было. Совсем не было. Слова дракона саркастически звучали в голове, и вот уже первая часть загадки перестала быть таковой. Забери то, что принадлежит тебе — это несомненно означало Моник.

Душа возлюбленной, похищенная драконом, после десяти лет плена должна наконец обрести свободу!

— Прости меня, Моник, — очень тихо произнес Себастьян, не оборачиваясь. Глаза её были слишком страшны, чтобы смотреть в них — бессмысленные, чужие и мертвые. — Я сделаю то, что должен. Я знаю, тебе уже не будет больно. Никогда.

Наверняка он будет сожалеть об этом позднее. Но в эту секунду выбор, продиктованный строгими представлениями о долге, был сделан. Сомнения, раскаяние… острое, жестокое чувство вины… горькие вопросы и ненависть к самому себе — всё это придет, конечно придет, но после. Сейчас же душа его не запятнана и не отравлена никакими деструктивными эмоциями, а значит, пришло время действовать.

Глубоко вздохнув, ювелир открыл заветный кофр и окинул взглядом аккуратные ряды ячеек. Богатой коллекции Серафима мог позавидовать даже опытный боевой маг. Собранные драгоценные камни были столь хороши, что даже пассивная деятельность их приносила множество преимуществ, хотя и не раскрывала в полной мере всех свойств.

Себастьян извлек пять небольших минералов и один за другим вставил их в рабочий медальон.

Первым встал на своё место гелиотроп — отменный образец звездчатого агата, имеющий блеклый луковый цвет с расплывчатыми красноватыми пятнами. За ним последовал бесцветный ахроит — совершенно лишенная окраски разновидность турмалина, встречающаяся чрезвычайно редко.

Ювелир не торопился, тщательно закрепляя минералы и убеждаясь, что те немедленно включаются в работу. И вот уже на своем месте чистый пурпурово-красный гранат, по твердости сопоставимый с благородным рубином, — альмандин. Себастьян флегматично потянулся за следующим камнем, хорошенько промасленным темно-зеленым изумрудом, который при повороте и смене угла зрения менял оттенок от желтоватого до синего. И наконец, последний — великолепный золотисто-зеленый хризоберилл с эффектом кошачьего глаза. Это был вариант с сильно заметной полоской света, расположенной вдоль длинной оси минерала. Радужные переливы камня напоминали оболочку кошачьего глаза, а полоса света — вытянутый кошачий зрачок… Готово.