Секретная должность агента Рейли

— Ни за что! Он прошлой весной ходил по Петрограду с красным бантом. Вся эта великокняжеская фронда и завела Россию в тупик. Я видел здесь в городе великих князей Романовых. Их сослали большевики, горькая картина, эти люди не могут управлять империей.

— Вот видите, Вы сами себе противоречите, значит для успеха все-таки нужна демократия.

— Я надеюсь, что власть возьмет Михаил Александрович!

— Если он, конечно жив, слухи всякие ходят, знаете ли. После убийства императора и расправы над Романовыми в Алапаевске, ничему нельзя удивляться.

Кстати, вологодские высочайшие узники сейчас в Петрограде в тюрьме ожидают своей участи. У них была возможность бежать из Вологды, но, извините, они не захотели на время побыть в другом обличии. Теперь, я полагаю, жалеют об этом, да уж поздно.

— Господин Рейли, вы хорошо осведомлены, я все время поражаюсь вашему русскому, такое впечатление, что это родной Вам язык!

— Я живу в России и уже практически стал русским. Я думаю по-русски, пишу по-русски, люблю женщин по-русски. О чём можно говорить?

— В таком случае, Вы меня поймете. Я как русский патриот скорее умру за свои идеалы, чем поступлюсь ими.

— Я уважаю вашу позицию. До свидания, господин полковник, у меня еще есть дела в этом городе.

На следующий день Куроченков отправился в Череповец, там его ожидала очередная группа прибывших из Питера офицеров. Кроме того, в Череповце были добровольцы, желающие ехать на Север сражаться за Белое дело. Он посадил всех на поезд по разным вагонам, выдал инструкции: в Вологду не соваться, выходить с поезда на ближней станции Дикая и добираться в город маленькими партиями.

Добровольцы отбыли по месту следования. Полковник остался в Череповце по делам. На следующие поезда тоже были сформированы группы военных. Он должен был встретиться с ними уже в Вологде в условленном месте.

В тот день на станции Дикая особый отряд Завесы уже поджидал гостей. Все прибывшие мужчины оправлялись в деревянное здание маленького вокзала для проверки документов, где их немедленно арестовывали. За сутки удалось задержать шестьдесят человек. Полковник Куроченков о провале даже не догадывался.

В ночь на 20 августа он возвращался в Вологду.

— Ваши документы? — Куроченков поднял голову, перед был ним патруль.

— Сейчас, вот, пожалуйста.

— Смотри, документ вологодского Военконтроля!

— В чем дело?

— Проверка. Пройдемте с нами.

Полковник спокойно одел шинель и пошел за патрульным.

— О, желтая пуговица, — весело сказал солдат, — за тебя мы получим увольнительную в город!

В этот момент Куроченков понял: заговор раскрыт и члены его, во многом благодаря ребячеству с «золотой» пуговицей, арестованы. Решение пришло мгновенно — между вагонами тамбур. Куроченков оттолкнул идущего сзади солдата, рванул дверную ручку, выскочил во тьму и скатился вниз по насыпи. Сзади послышались выстрелы.