Сибирская эпопея

Морская корова спасет выживших после кораблекрушения с острова Беринга. Летом 1742 года они заготовят впрок мясо гигантских млекопитающих и набьют солониной пять бочек. Это драгоценный запас, который позволит им отважиться на последнее испытание – путь на Камчатку. Для этого им нужно было преодолеть по океану, как они полагали, несколько сотен километров. Начиная с апреля, несмотря на смерть всех плотников, матросы, сменяя друг друга в импровизированном доке, строили из остатков «Святого Петра» более скромное судно. 14 м в длину при 12 м вдоль киля, 3 м в ширину и 1,5 м в высоту. Палуба совсем примитивная, пришлось ограничиться полусгнившими обломками корабля. К концу июля, когда потеплело и море наконец освободилось, работа над корпусом судна подошла к концу. К корме прикрепили небольшую спасательную шлюпку. Судно, собранное из остатков адмиральского корабля Витуса Беринга, унаследовало имя «Святой Петр». На борту разместили небольшие экспедиционные пушки, ядра, ни разу не пригодившиеся, бочки с мясом и питьевой водой, а также сухари, спасенные после кораблекрушения вместе с остатками муки. Каждый взял также некоторое количество личного имущества – в зависимости от ранга. Стеллер имел право на 60 килограммов – это половина того, что полагалось Вакселю, помощнику Беринга, который принял на себя командование группой. Все накопили сотни шкур каланов, которые надеялись продать за бешеные деньги, если им удастся спасти свои шкуры. Один только Георг Вильгельм предпочел взять уникальные образцы растений Аляски, чучел птиц, гербарии, бортовые журналы и свои рукописи. И украшение коллекции – особо важный груз: морскую корову в большом мешке, сшитом из кожи и наполненном травами. Когда объявили нормы багажа, Стеллер был сражен. Он кричал, умолял, просил других взять хотя бы немного из его обширного научного багажа, но тщетно. Ему пришлось оставить все на берегу. С собой Стеллер смог взять лишь рукописи, мешочек с семенами и челюсть морской коровы, которая на протяжении многих лет станет единственным доказательством существования этого животного[39].

13 августа 1742 года, через 10 месяцев борьбы за выживание на острове Беринга, уцелевшие члены экспедиции водрузили деревянный крест на могиле своего капитана. Они отслужили молебен на берегу, прося о защите, и поклялись, что, если Богу будет угодно сохранить им жизнь, возблагодарят его по прибытии на место, как подобает. Затем они, «исполненные волнения», торжественно отправились к судну, которое должно было доставить их на родину или туда, «куда угодно будет судьбе занести их», уточняет Стеллер.168 Якорь подняли в шесть часов утра на следующий день. Поскольку треть экипажа по-прежнему занята на вахте, на троих полагалось два места. Груженный мешками с пушниной, бочками с водой и солониной, снаряжением и веслами, хрупкий «Святой Петр» больше напоминает «Плот „Медузы“»[40], чем тот гордый корабль, которым он был когда-то. Сидя вповалку, прислонившись к бортам, пионеры Аляски наблюдали, как голубые песцы громили остатки их лагеря, растаскивали брошенные припасы и рвали тщательно законсервированную Стеллером морскую корову.