Мама для Совенка [часть первая]

Промокнув лицо полотенцем, Юля спустилась вниз — читать.

С лестницы заметила, что любимый угол дивана занят. Вскинула брови — сюрприз. И ни одна «собака»: ни шоколадная, ни невидимая не предупредила. Внутри зашевелилось неприятное предчувствие…

Но делать нечего — спустилась. Незнакомка, не вставая, оценила, прокалькулировала Юлины параметры и скорчила недовольную гримасу.

— Так это ты теперь — Шестая мать? — спросила брезгливо.

Предчувствие переросло в уверенность.

Ни «здрасьте, я ваша тетя», ни доброго дня, ни имени, наконец. Никак Гюрза Гадюковна пожаловала? Как бы Третий с Четвертым ни прятали свою семейку, да только в каждой найдется вот по такому капающему ядом экземпляру…

Юля села напротив, закинула ногу на ногу, откинулась на спинку стула.

— Вы ошиблись, — ответила спокойно, — я — просто мать, вне списка и вне конкуренции. Не люблю номера.

Красивое, прямо-таки кричащее о благородном происхождении лицо Гюрзы покраснело. Она тряхнула головой, серые с белыми прядями — пегая, отметила Юля, — волосы взметнулись живописным водопадом.

— Ты! Смеешь! Отказывать от своего места! — экспрессивно плюнула словами. Ураган эмоций, а не женщина, — отстраненно отметила Юля, — жаль, что один негатив. После встречи с его величеством, перед которой она тряслась кроликом, эта дамочка вызывала легкое недовольство. Не более.

И кого же это принесло? Мозг привычно работал в системе многозадачности. Вряд ли из птичника. Тетушку столь сильно не взбудоражило бы появление еще одной матери. А здесь явно задеты чувства. Неужели кто-то из клуба бывших жен? Первая отпадает, остаются со Второй по Пятую. И если вспомнить, что Пятый еще не достиг совершеннолетия, то скорее всего к ней пожаловала на знакомство и размазывание грязи Пятая мать.

— У нас, знаете ли, почетно быть первой, а все остальное — так себе результат, — пожала плечами. Это был хедшот. У Гюрзы аж глаз задергался, губы побелели, по щекам поползли алые пятна. А Юля подумала, что как бы местные дамочки не держались за свои номера, но пятая, она и в Африке пятая.

— Ты! — вскочила, выставив вперед палец. Юля неспешно поднялась. Роста они были одного, весовые категории совпадали, прикинула на случай рукопашной.

— Как смеешь разговаривать в таком тоне?! Ты хоть знаешь, кто я?!

Угу, и кто мой папа, — мысленно добавила Юля. Знакомый разговор всех мажоров, привыкших прятаться за чей-нибудь спиной. Нет, прав был Третий, когда берег их птичник от встреч с неуравновешенной ассарой, потому как внутри было уже не просто тепло, а горячо.

— Вы не представились, — с насмешкой напомнила ей Юля. Склонила голову, ожидая реакцию… Переходить на «ты» и поддаваться на провокацию не стала. Невидимки, которые в присутствии гости, снова проглотили свои языки, станут свидетелями, что она держалась в рамках вежливости.