Сто страшных историй
- Автор: Олди Генри Лайон
- Серия: Дракон и Карп #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Сто страшных историй». Краткое содержание книги:
Вторую книгу романа «Дракон и карп» составили «Повесть о голодном сыне и сытой матери», «Повесть о несчастном отшельнике и живом мертвеце» и «Повесть о потерянной голове».
2022 г.
— Хорошо, я не скажу твоему отцу. Но, боюсь, бабушка не станет есть. Ты ведь знаешь, что она умерла?
Зря я так. Если мальчишке неизвестно о смерти бабушки, ему следовало бы услышать это от родных, а не от чужого самурая.
— Угу, — по-взрослому кивнул Арэта. — Знаю. Она и сейчас не ест, и раньше не ела. Холодная лежала. Есть не хочет, не может. Я ей: «Кушай, бабушка!» А она молчит. Не кушает. И сейчас тоже. Жалко. Голодная…
Он склонился над куклой:
— Кушай, бабушка. Пожалуйста!
Знал, выходит. Каори тоже долго не верила в смерть брата, услужливо подсказала память. Девочка была отчасти права, и Арэта тоже в чем-то прав: его бабушка умерла, но для внука она жива. Если так, почему бы не предложить ей еды? В конце концов, все мы во время праздника Обон угощаем духов предков, явившихся к семейному алтарю.
Всё, пора за дело!
Я тихо попятился из зарослей. Думаю, Арэта не заметил моего ухода, всецело занят попытками накормить упрямую бабушку.
Бабушка во плоти (пусть и в чужой) объявилась во дворе, лишь когда я рявкнул на всю улицу:
— Мэмору, бездельник! А ну быстро сюда!
И добавил с нескрываемой злостью:
— Мне тебя до ночи дожидаться?!
Разносчик возник в дверях, что-то дожевывая на ходу. Я нахмурился так, что мне и небесный покровитель-громовик позавидовал бы.
— Прошу прощения! — обжора сыпал поклонами. — Я уже туточки!
Я указал Мэмору на циновку. Все заняли свои места — и тут сбоку, на краю поля зрения, что-то шевельнулось. Не что-то, а кто-то. Широно! Совсем про него забыл. Похоже, слуга так и простоял все время у забора без движения, прикинувшись деревом. Судя по тому, как ахнула Асами, она тоже заметила верзилу только сейчас. Понятное дело, циновку для этого длинномерного невидимки никто не принес.
Непорядок! Какой ни есть, а Широно мой слуга. Ему сидеть на голой земле — господина позорить. Жестом я отправил Асами в дом за циновкой. Дождавшись хозяйки, каонай со всеми удобствами расположился подле меня, но так, чтобы не слишком мозолить людям глаза. Это у него получалось лучше лучшего, хоть в клан ниндзя записывай.
Когда Широно извлек из сумки письменные принадлежности, я наконец смог приступить к дознанию.
Глава третья
Какой красивый!
1
«Твоё любимое блюдо?»
— Итак, заявитель Мэмору, разносчик тофу…
— Котонэ! Котонэ я, мать этого…
— Заявитель! Не сметь перебивать дознавателя!
— Прощения просим…
— Итак, заявитель Мэмору, разносчик тофу с Малого спуска. Ты утверждаешь, что произошло фуккацу, и ты — Котонэ, мать Мэмору, в его теле?
— Да! Да! Так и есть! Вот же подлец…
Кисть слуги порхала над листом рисовой бумаги. О протоколе можно не беспокоиться.
— Сейчас я буду задавать вопросы заявителю. Потом вопросы зададут свидетели. Внимательно слушайте ответы! Если кто-то из присутствующих сочтет, что ответ не соответствует истине, он должен об этом заявить вслух. Всем ясно?
Я обвел взглядом присутствующих. Каждый из свидетелей поспешил ответить поклоном. Кроме Эйта и Асами, присутствовал ещё один сосед, горшечник Сэберо. Долговязый, нескладный, усы уныло обвисли; и тело, и лицо Сэберо состояли из углов, торчащих невпопад. Кто угодно предположил бы, что и горшки из его рук выходят кособокие. Нет, горшки радовали глаз приятной округлостью: видел я товар у него во дворе, когда звал Сэберо в свидетели.
Говорят, красивые цветы хороших плодов не приносят. Горшечник служил живым подтверждением того, что у некрасивых цветов с плодами, напротив, все в порядке.
— Ты утверждаешь, — обратился я к хозяину дома, — что твой сын Мэмору тебя убил?
— Убил, мерзавец! Как есть убил!
— Каким способом?
— Утопил, чтоб ему в аду скорпионов в кишки напихали!
— Он сделал это намеренно?
— Ась? Это как?
— Он нарочно тебя утопил или случайно?
— Нарочно, гадюка! Давно избавиться от старухи хотел! Лишний рот, пользы никакой… Это про родную-то мать! Эх, сейчас бы пожевать чего…
Мой желудок откликнулся неподобающим бурчанием.
— Итак, ты утверждаешь, что твой сын утопил тебя, понимая, что делает? Зная о последствиях? О фуккацу? И все равно утопил?
Глазки Мэмору забегали. Вряд ли сын старухи был безумцем, забывшим о фуккацу. С другой стороны, утопил же он мать, раз дух старухи сидит в его теле? Наличие намерения не столь уж важно: факта перерождения это не меняет. И все же этот момент стоит прояснить.
— Что скажешь, Мэмору? Или, если угодно, Котонэ?