Искупление

— Хорошо.

Лифт доходит до нашего этажа. Двери плавно открываются. Я поднимаю брови, пропуская ее вперед. Она выходит, но поджидает меня.

— Вы можете когда-нибудь заглянуть ко мне, — предлагает она.

— Спокойной ночи, — говорю я, не глядя на нее, и иду к двери.

Как только я попадаю в свою квартиру, снимаю пиджак и бросаю его на диван. Я расстегиваю запонки по мере того, как прохожу через обширный, тускло освещенный зал. Я оставляю золотые часы и запонки на обеденном столе и начинаю расстегивать рубашку. Я вытаскиваю ее из штанов и бросаю на пол. Я снимаю ботинки и открываю дверь в комнату для тренировок.

Я ударяю по выключателю, включаю громко музыку.

Мне нужно сбросить тяжесть, сковывавшее мое тело. Я стягиваю через голову майку и отбрасываю ее в угол. Мои брюки летят туда же. В зеркале, доходящим до пола на стене, я вижу свое отражение. Мои мышцы блестят под светом.

Я сжимаю кулаки. Желание ударить кулаками о что-то твердое настолько сильное, что мои бицепсы бугрятся мышцами. Я часто так делаю. Мне кажется, это вполне естественно сжимать руки в кулаки. Люди, скорее всего, генетически получили способность сжимать руки в кулаки, чтобы бить ими. Не отрицаю, что решение двинуть кулаком по чьему-то лицу, сразу же решает очень много проблем, причем быстро. С первого же дня удар кулаком мне казался не просто нормальным явлением, а скорее, я понял, даже испытав легкий шок, фантастически потрясающим. Все мое тело покалывало от возбуждения.

В боксерках, я подхожу к шкафу и достаю пачку бинтов. Я обвязываю грубой тканью ладони, костяшки пальцев. Быстро, я делаю петлю между большим пальцем и ладонью. Теперь мои руки обернуты и защищены, я достаю свои тяжелые боксерские перчатки из шкафа. Надеваю их и завязываю, первую — свободной рукой, вторую — зубами. Ее образ проносится у меня в голове. Я вспоминаю жар на ее щеках. Ее запах. Ее волосы, дотронувшиеся до моей кожи. Ее огромные испуганные глаза. Этот чертов рот. Настоящий ад! Она, бл*дь, такая невинная!

Мне это дерьмо не нужно.

Я не могу позволить эмоциям влиять на свои решения.

Покрутив плечами, чтобы снять напряжение, я подхожу к тяжелому мешку, свисающему с потолка. Я обхватываю его обеими руками, делаю глубокий вдох и начинаю бросать удары. Я произвожу простую комбинацию ударов. Джэб (быстрый молниеносный удар), джэб, правый прямой, джэб, правый прямой, левый хук.

Снова и снова, и снова.

Я двигаюсь в хорошем ритме, выбрасывая все дерьмо из 100-фунтового мешка. Все это время я сохраняю свой разум пустым, концентрируясь только на звуке ударов моих перчаток, вызывающий во мне глубокое удовлетворение. Чувство просто эйфорическое, когда мои мышцы работают так слаженно. Это своего рода настоящий дзен.

Увеличивая темп, чтобы быть на одной волне с музыкой, я скачу вокруг мешка и чередую удары. Через несколько минут таких интенсивных занятий, пот сбегает по волосам, застилая глаза, от чего они начинают щипать.