Смерть Цезаря. Хроника самого громкого убийства в древней истории
- Автор: Штраус Барри
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Олимп-Бизнес
- ISBN: 978-5-9693-0455-0
- Переводчик: Наталья Фаликова
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Смерть Цезаря. Хроника самого громкого убийства в древней истории». Краткое содержание книги:
Чем были вызваны трагические события мартовских ид? Убийцы Цезаря хотели подарить Риму демократию, а диктатор надеялся передать полномочия своей семье, особенно Октавиану — будущему императору Августу. Но после расправы всё пошло не по плану — и совсем не так, как сообщал Шекспир.
Обо всем, чему может научить современного бизнесмена история частично удавшегося заговора и его последствий, — в книге замечательного американского историка Барри Штрауса.
Август осуществил то, что Цезарь только собирался осуществить. Август дал начало династии. Когда он умер, его сменил приемный сын Тиберий. После смерти Тиберия в 37 г. н. э. императорами становились другие члены этой обширной семьи. Ирония судьбы: трое из императоров были потомками Антония, хотя и вели свое происхождение от его брака с сестрой Августа Октавией. Наконец, в 69 г. н. э., на смену одной династии пришла другая. Так продолжалось веками, несмотря на войны и революции, вторжения и освобождения, эпидемии и перевороты. Императоры правили Италией до 476 г. н. э., а в Константинополе — в Восточной Римской, или Византийской, империи — они продержались еще целое тысячелетие, до 1453 г. Вот насколько мощной была система, основы которой заложили Цезарь и Август[147].
Сам Август отрицал, что является монархом. Он утверждал, что восстановил республиканский строй, — и официально вернул контроль над государством сенату. Правда, он также обладал полномочиями консула, трибуна и верховного жреца — за такое Катон или Цицерон прокляли бы его. В его распоряжении было достаточно войск, чтобы уничтожить любого потенциального соперника. Он жил на Палатине в грандиозном особняке с видом на город, который время от времени удостаивал своим присутствием в случае необходимости. Он манипулировал политической системой — за кулисами. Монархия, которая улыбалась вам, как res publica.
Руины храма Цезаря стоят до сих пор. Даже сегодня в память о последнем диктаторе Рима кто-то регулярно оставляет цветы на месте алтаря. Цезаря не осуждают как тирана, но оплакивают как мученика. Обаяние Цезаря и его симпатия к бедным живет в коллективной памяти, в то время как его война с Республикой за единоличное правление и кровавая вакханалия в Галлии, в результате которой были убиты или порабощены сотни тысяч людей, — практически забыты. Ситуация, полностью противоположная тезису Шекспира, согласно которому
Неужели к этому свелось значение двух грандиозных событий — самого известного убийства в древней истории и вызванной им битвы титанов? Неужели это был лишь окольный путь к монархии и канонизации диктатора? Неужели заговорщики напрасно рисковали своей жизнью, вонзая кинжалы во всемогущего государя?
Нет, они боролись за правое дело. Можно было спасти Республику, но тогда потребовалось бы еще больше насилия. Это стало понятно через несколько лет после памятных мартовских ид. Победив в сражениях, убийцы Цезаря могли бы восстановить республиканский строй, если бы пошли на некоторые уступки. Для начала им, вероятно, пришлось бы вновь провести государство через период диктатуры и репрессий. Затем им следовало бы провести некоторые реформы, чтобы стабилизировать обстановку, которая накалялась в годы Помпея и Цезаря. Им предстояло бы: обеспечить сильную исполнительную власть и преемственность в управлении империей; строго ограничить сроки правления наместников, чтобы не дать появиться новому Цезарю; разделить власть с провинциями, чтобы предупредить восстания; повысить налоги для богатого населения, чтобы содержать армию; прекратить военную экспансию, чтобы ограничить расходы и в дальнейшем предотвратить появление сильных лидеров среди военных. Но выжила бы Римская Республика? Конечно. При Августе вся власть принадлежала только одной семье. Пусть это звучит утопически, но реформированная Республика имела бы конституционное правительство, свободные выборы, ограничение сроков полномочий в исполнительной власти, свободу слова и правительство, состоящее из представителей интеллектуальной элиты. Но для того, чтобы остаться самой собой, Республика должна была бы претерпеть куда более масштабные изменения, чем того хотелось бы Катону, Бруту или Цицерону. Можно уважать традиции, но нельзя допускать стагнации системы: это ошибка, которую жестоко наказывает история. Как говорил один из героев романа Джузеппе Томази ди Лампедузы «Леопард» (1958), «чтобы всё осталось по-прежнему, всё должно измениться».
Почти все убийцы Цезаря сегодня забыты. Образ Децима со временем исчез из памяти людей. Он не был интеллектуалом. У него не имелось ни друзей-философов, готовых канонизировать его после смерти, как Брута, ни известного сына, который чтил бы его память, как Секст чтил память о своем отце Помпее. Август отзывался о Дециме как об отпетом негодяе, и полвека спустя Децим был даже не забыт, а предан осмеянию.
147
Система, основанная Цезарем и Августом, так называемый принципат, период, когда власть императоров сочеталась с остатками республиканских традиций, окончательно изжила себя к III в. н. э. С 284 г. принято отсчитывать период домината, абсолютной монархии.