«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Потери крестоносцев были столь велики, что судьба Боэмунда в очередной раз висела на волоске, не говоря уже о том, что он вновь едва не попал в плен. Вернувшись в Антиохию, норманн оказался перед печальной необходимостью отражать пусть и не согласованные, но от того не менее опасные атаки сельджукской конницы и войск Комнина, желавшего вернуть Византии ее исконные территории. Кроме того, его всерьез заботил старый враг Раймунд Тулузский, который откровенно претендовал на часть владений Боэмунда. Граф близко сошелся с Алексеем Комнином, который выкупил у турок пленных рыцарей и направил их Раймунду. А летом 1104 г. византийская армия, направленная царем в Киликию, отобрала у норманна Тарс, Адану, Мамистру, вернула Лаодикею, и лишь крепостная цитадель еще продолжала сопротивление.

Делать нечего: в сентябре 1104 г. Боэмунд созвал совет в базилике святого Петра и объявил о своем решении оставить Танкреда регентом графства, а самому отправиться в Европу, дабы получить помощь в борьбе с… Византией. Как рассказывают, он настолько боялся византийцев, что во время плавания притворился мертвым и провел все дни в гробу. А чтобы весть о его смерти выглядела убедительнее, он приказал положить в свой гроб дохлого петуха, испускавшего ужасное зловоние[447].

Хотя отношения с некоторыми вождями пилигримов резко осложнились, Алексей Комнин делал все возможное, чтобы не доводить дело до открытой войны. Когда в 1105 г. его добрый контрагент аббат Одерисий умер, он вступил в переписку с двумя друзьями покойного Отто и Жераром, неизменно демонстрируя уважение к Римской церкви. Попутно царь открыл в Константинополе странноприимный дом для латинских пилигримов, отправляющихся в Святую землю[448].

Но все было тщетно: Запад угрожающе смотрел в сторону Константинополя. Напротив, в Италии Боэмунд был встречен с почетом как легендарный герой, освободитель Гроба Господня. Оттуда норманн перебрался во Францию, где в 1106 г. женился на принцессе Констанции (1078—1126), дочери Французского короля Филиппа I (1060—1108), сына Русской княжны Анны Ярославны (1032—1089). Он без труда собрал новое войско и, получив благословение папы (!) Пасхалия II (1099—1118), весной 1107 г. начал войну против Византии. Теперь, по справедливому замечанию одного исследователя, война норманнов с ромеями перестала быть сугубо политическим предприятием, а получила статус нового Крестового похода[449].