Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

Тем временем, использовав другой свиток огненной стихии, Азариэль поджёг два фитиля и из оставшихся сил устремился к «Полковнику Периайта». Враг был полностью ослеплён, ибо удар огненного кулака напрочь выжег глаза этому чудовищу, ослепив тварь. Азариэль как можно быстрей поднёс два шипящих округлых предмета и сунул первый под кусок брони, а второй протолкнул в ту рану, которую проделал клинком в боку больного монстра.

Ульхарит почувствовал нечто неладное и стал себя лихорадочно ощупывать, но было уже поздно. Фитили, рассчитанные на пятнадцать секунд, постепенно догорали, а Азариэль отбежал на достаточное расстояние. И всё кончилось.

Глухой, но мощный взрыв прозвучал как внутри монстра, так в переплетении доспехов и плоти. И даже бесконечные благословления Намиры и Периайта не спасли эту сущность от справедливого рока. Взрывом Ульхарита разорвало на части, окропив и испачкав стены его протухшей чёрной кровью и едким гноем. В вихре пламени живот монстра исчез, обратившись в куски гнилого обугленного мяса. Голова с грудью отлетела в сторону, руки разметало по сторонам, а ноги со сгнившими бёдрами улетели в стену, оставив паутину трещин. Для Ульхарита Чёрный Гной всё было кончено.

– О-ох, – тяжко выдохнул Азариэль, чувствуя радость и успокоение от победы над врагом. Убедившись, что тот мёртв, эльф поспешил выйти прочь из канализации.

За большой дверью Азариэль увидел широкую двадцатиступенчатую лестницу, выводящую прямиком из стоковых каналов. Ступив на первую ступень, Азариэль смог разглядеть как на выходе его уже ждёт друг на фоне большущего чёрного здания.

– Гарь…

Нос Азариэля уловил источавшееся отовсюду запах огня и жженой плоти, дым и зола клубятся над оплотом противника. Уши уловили перезвон клинков и крики, захватившие стены и башни поодаль от этого места.

В памяти Азариэля возникли образы крепости, которая раскинулась на берегах реки. Её мрачные стены, сделанные из чёрного камня, устремлялись высоко вверх и словно сдавливали пространство. Четыре готические башни, устрашавшие своим видом, расставленные по углам крепости, стали оплотом сопротивления еретиков. И в своих мыслях парень провёл их мимолётное сходство с донжонами Цитадели Ордена, чему сам усмехнулся.

Под ногами он чувствовал хорошую каменную плитку, отлично уложенную и очищенную, а перед глазами парень смог без труда разглядеть огромных размеров чёрный зиикурат. Он занимал просто неимоверно огромное пространство и устремлялся прямо к небесам, словно желая превзойти самих богов в своём надменном величии. Он был настолько массивен и широк, что пространство между ним и стенами стало похожим на узкие улочки. И стены этого ступенчатого храма были изрисованы золотыми буквами даэдрического алфавита, сплетавшиеся воедино в кровавые и жестокие молитвы.

– Ты где пропадал? – недовольно вопросил подбежавший Готфрид, чем вывел своего друга из бесконечных созерцаний еретической архитектуры. – Мы уже успели открыть ворота.