Бегство. Документальный роман
- Автор: Шраер Максим Давидович
- Язык: русский
- Год: Ридеро
- ISBN: 9785005553164
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Бегство. Документальный роман». Краткое содержание книги:
В дневнике о пути к предгорьям Кавказа я писал очень бегло, и, судя по всему, заметки эти должны были послужить набросками к будущим стихам:
28—29 июня 1986. Переезд из Пролетарска в Теберду. Ночевка не доезжая Ставрополя. Тута в саду у стальнозубого старика. Радужные петухи. Алычовый сад.
29 июня, лежа под алычовым деревом, я набросал нерифмованное стихотворение «Утро под Ставрополем», которое потом вошло в мой первый сборник стихов. Пышная растительность и богатый южный пейзаж одновременно и возбуждали все притупленные чувства горожанина, и наводили на мысли об том, что недостижимо в урбанической московской жизни:
Когда я перечитываю концовку, у меня возникает ощущение сюрреалистического сдвига, что, наверное, неудивительно; строки сами «автоматически» слетали с пера и рвались на свободу:
Эти стихи теперь напоминают мне картины Анри Руссо, чьи полотна я впервые увидел в детстве, когда отец водил меня по Пушкинскому музею.
На второй день путешествия из Пролетарск в Теберду нашим глазам предстал Северный Кавказ:
29 июня 1986. Место Татарка по дороге. Начинаются горы. Осел запряжен в тележку. Возница в войлочной шляпе. За Черкесском – Усть-Джегута. И жизнь почти не движется. Кукуруза в огороде. Плотина в Усть-Джегуте через Кубань. «Идет вода Кубань-реки/ Куда велят большевики» <транспарант>. После Усть-Джегуты три источника нарзанов – самая несернистая, средняя, сернистая. Река мутная, обжигающе холодная. Кубань. Галька всех цветов. … Аул Кумыш. Опять река Кубань. Усатый сержант и женщина в золототканой косынке (оба черные) с удивлением смотрят на всю процессию… Ниточка навесного моста. Монастырь на лбу горы – бульдожьей морде – возвышается над аулом <имени> Коста Хетагурова, над черепицей и белизной… двухэтажные домишки, вроде свайных. Карачаевск. Женщины в оранжевых юбках, пиджаках и белоснежных колготках. Толстая усатая черкешенка свисает с балкона над обрывом Кубани – наверное ждет похищения.
К полудню 29 июня мы добрались до города Теберды в Карачаевской (южной) части Карачаево-Черкесской автономной области. В Теберду паломничали советские любители горнолыжного спора. Это был перевалочный пункт, откуда лыжники и скалолазы отправлялись дальше на юг, на Домбай. По плану нам предстояло провести в окрестностях Теберды целую неделю. Наши наставники твердили, что Кавказ очень похож на Альпы, твердили страстно и восторженно, хотя никто из них, даже геоботаник Баландин, в Альпах не бывал. Неделя на Кавказе была задумана как кульминация всей экспедиции. Предстояло убедиться, как изменения климата порождают высотные пояса (зоны) со своей характерной экологией. Помимо природного разнообразия, неделя в Карачаево-Черкессии сулила мне еще и возможность понаблюдать изнутри наследие сталинской национальной политики.
Карачаевцы – народ тюрского происхождения. С ближайшими соседями, балкарами, их роднит не только язык, карачаево-балкарский, но и общий национальный символ, гора Эльбрус. После вторжения Тамерлана (Тимура) на Кавказ большая часть карачаевцев стала мусульманами-суннитами. В 1828 году исторические карачаевские земли были аннексированы Российской империей, но карачаевцы продолжали сопротивляться завоевателям до 1860-х годов. В Теберде мне довелось беседовать с карачаевцами-долгожителями. В те годы некоторые из моих собеседников ясно помнили, как в 1920-е годы большевики объединили карачаевские земли с землями северных соседей карачаевцев, черкесов. В отличие от тюрков-карачаевцев, черкесы (адыги) входят в северо-западную кавказскую семью, говорят на кабардинско-черкесском языке. Черкесы и карачаевцы не были родственными и близкими народами ни с этнической, ни с языковой точки зрения.