Чулымские повести
- Автор: Еремеев Петр Васильевич
- Год: 1998
- Язык: русский
- Год: Юпитер
- ISBN: 5-7269-0037-5
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Чулымские повести». Краткое содержание книги:
Баюшев работал неспешно, но горбыль держал цепко и кидал его в штабель расчетливо: ровно тот прилегал один к одному.
К цеху пустую вагонетку толкала одна Прудникова.
Александра и мастер шагали по эстакаде следом, Баюшев с устатку сильно горбатил спину.
— Где сразу, что ты, Лучинина! Только с третьева захода и умаслил Васиньчука. — Илья Афанасьевич подергал желтыми усами и выпрямился. — Посулился, выпишет он немкам и картох, и капусты. А кончите севодня работу — шпарьте прямиком в контору. А затем, что получите дополнительные талоны на хлеб. Да, только женщинам к празднику. Сколько… Дневную норму — восемьсот грамм. Хватит?
— Хватит не хватит — хватит! Спасибо!
— И вот что, Лучинина. Скажи ты женщинам, поуговаривай: махните вы завтра на все домашнее и отдохните. Просто отдохните!
— Как это бездельно-то день просидеть? — растерялась Александра. — Не привышны мы к этому, не набалованы. Ладно, передам. Ну, кто как, а я попробую, ничевошеньки делать не буду.
— Вот-вот! Вся и хитрость. Ну, прощевай. Вон, дочушка за мной бежит, моя белобрысенька. Тут я, Машенька!
Дочурка Баюшева с сияющим лицом бежала навстречу по эстакаде.
— Ужинать мамка ждет!
Александра не выдержала:
— Любит она тебя, Афанасьевич.
— А как же! — горделиво выпрямился Баюшев и вдруг сразу закаменел лицом.
Александра поняла: двое сыновей у мастера на фронте и тоже вот писем нет…
Был день получки, выдали отвозчицам горбыля за полмесяца рублей по семьдесят с небольшим.
В пересмену — это уж в пятом часу дня, женщины сидели на солнышке, на развале горбыля у эстакады и долго тяжело молчали. И пилоцех молчал. В тишине лишь на крыше машинного зала мягко шипел паром маленький стоячок заводского гудка.
Первой вздохнула Прудникова, потом Карпушева, а разразилась-то словами Спирина. Была она в коротенькой, немыслимого фасона куртке, сшитой из пестрого армейского брезента. Короткая юбчонка, грубые шерстяные чулки домашней вязки — смешно и как-то жалко выглядела сейчас Верка.
— Ни хрена себе! Ломаем, ломаем хряп, а как получать, так затылок чесать!
— Наобум Лазаря выписали…
— Марценюк наряды закрывал, зараза! — горячилась Спирина.
— А Баюшев что обещал… На этот раз сотни по полторы сулился выписать, — напомнила Аксинья Карпушева, подставляя теплому солнцу свое худощавое заветренное лицо с грустными карими глазами. — Мы ево за язык не тянули, сам объявил.
— Жалко, что захворал вчера Афанасьич.
Александра подошла последней: она застоялась в очереди за деньгами.
— Ну, кадра, как дела?
Верка вскочила с горбыля, перекосилась своим розовым лицом.
— Дела идут, контора пишет, рупь дадут, а два запишут!
— Записал, записал Марценюк! — тяжело завозилась на горбылях красивая своим полным лицом Афанасия Лютова. — Санечка, это што тако? Это ж будет грабиловка. В контору надоть. Мухлюют они там!
Спирина едва не бегала в своих обшарпанных сапожнишках по сухой, прогретой уже эстакаде. Косой тенью своей маленькой фигурки гасила голубой блеск накатанных рельс.
— Бабы, пошли в контору глотку драть!
С бурой горбины сосновой обрези тяжело поднялась Карпушева. Она все еще ходила в полушубке, из-за цветной опояски комом торчали ее толстые суконные рукавицы.
— А надо ли гамузом идти. А ежли начальство поглядит на это косо? А вдруг Марценюк в конторе? Все-то он, куда не надо, куда не просят, ухо свое тянет… За карандаш, за должность начальству угодничат!
— Уж кто бы… — Афанасия Лютова покачала головой. — Он же ссыльный!
Мария Прудникова усмехнулась.
— То и выслуживается! Да уж… Люди, они всяки-яки…
Здесь, у тарного склада, никого из посторонних не было, может, поэтому и отважилась Верка на веселую выходку. Вдруг высоко, громко потянула она не то песню, не то частушку, в которой и слов-то оказалось на два дыхания. Зато слова эти несли особый, злой смысл в адрес заводского начальства:
Спирина оборвала высокую ноту, перевела дух и решительно уперла руки в бока.
— Вы как хотите, а я, как знаю. Пойду качать права!
— Никак тебе нельзя, Вера… — осторожно сказала Александра.
— Эт-то пошто?!
— А по то. Тетя Аксинья правду сказала. Не тот он человек, Марценюк…
— Тю-ю… Опять забыла. Я же кулацка морда! — хлопнула себя по лбу Спирина. — Мое ж дело: нашел — молчи и потерял — молчи…