Бывшие в падении

Беспалов какое-то время молчал, и это лучше всего доказывало правоту Поля: что-то с этой самой Диярой не так. Кроме персидского имени, конечно.

– Она совсем молоденькая, глупая, Кифер. Ей восемнадцать, – вздохнул Беспалов. Это заговаривание зубов насторожило Кифера еще сильнее. – И тем не менее она уже собирает полные залы, билеты раскупают как горячие пирожки. И я хочу, чтобы так было и дальше. – Тут уже Поль не выдержал и повернулся к директору театра, внимательно вглядываясь в лицо. – У девочки… серьезные проблемы с питанием. Посещает психотерапевта, держится. И надо сделать, чтобы так было и дальше.

Поль едва слышно заскрежетал зубами. Пригляделся к балерине. Особой разницы не заметил. Все они выглядели примерно одинаково: крайне худыми. Настолько, что простые обыватели, встречающие их на улицах, скажут: «Перебор». Даже без проблем с питанием. На первый взгляд Огнева от остальных мало отличалась. Ладненькая, складная, для нынешних балетных стандартов невысокая. Так и не разберешь, где проблема.

– Что значит «было и дальше»? – нахмурился Кифер.

– Я рассчитываю, что она получит главную партию и продолжит пополнять наш бюджет. И не окажется в клинике, – мягко пожал плечами Беспалов и, абсолютно довольный собой, добавил по-французски: – C'est tout.

Кифер чуть было не хмыкнул. Он уже давно привык, что каждый в его присутствии норовит вставить что-нибудь ему известное по-французски. Причем лица при этом были у всех очень довольные, будто это они этим языком овладели в совершенстве, а не наоборот. Или сделали одолжение безграмотному иностранцу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Пойдем, познакомишься, – энергично продолжил Беспалов и, не обращая внимания на балетмейстера, направился на сцену.

Музыка еще не отзвучала, а магия танца не развеялась, когда Беспалов легко взобрался на сцену и направился к запыхавшейся танцовщице.

– Дияра, ты просто божественная сегодня! Здравствуй! – воскликнул он и радостно вскинул руки, обхватил плечи.

Она ему сдержанно улыбнулась, перевела взгляд на Кифера и застыла. Огромные карие глаза ее замерли на его лице в неприкрытом изумлении, ожидании, восторге. Поль неожиданно ощутил себя… старым. В двадцать семь. Очевидно, говоря, что Огнева совсем молоденькая, Беспалов имел в виду не только возраст. К женскому вниманию Кифер привык, но то было совершенно… другое внимание. Оценивающие взгляды сверху вниз, кокетливый трепет ресниц, недвусмысленные намеки на продолжение знакомства. Женщины, знающие цену себе и отношениям с мужчиной, никогда не смотрели на него так. Кифер, казалось, родился менее невинным, чем Дияра Огнева осталась в свои восемнадцать. И впечатление на окружающих он производил соответствующее. И вдруг перед ним оказалась девочка столь чистая, невинная и неискушенная, что его это поражало до глубины души. А то, как смотрела, вызывало в Поле странную оторопь.