Хорошие знакомые
- Автор: Дальцева Магдалина Зиновьевна
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Хорошие знакомые». Краткое содержание книги:
Самые разные люди проходят перед читателем в книгах М. Дальцевой — медсестры, спортивные тренеры, садоводы, библиотекари, рабочие. У каждого героя — свой мир, свои заботы, своя общественная и своя личная жизнь. Однако главное в них едино: это люди нашей формации, нашего времени, советские люди, и честное служение интересам своего общества — вот главное, что их объединяет.
Без гостей в квартире было очень тихо. Хозяйка сажала кота на колени. Укутавшись в одну шаль, она вязала нескончаемую другую, изредка почесывала Захару лобик крючком. Дочь работала за столом. Там горела настольная лампа, и было приятно развалиться под ней на бумагах. Дочь играла с ним карандашом, щекотала пушистый живот, а потом пересаживала на пианино и зажигала вторую лампу, чтобы коту было теплее. Ночью приходил хозяин с работы, спрашивал:
— Захара кормили?
И, не раздеваясь, шел на кухню за консервным ножом. В доме было так холодно, что коту казалось, что все об него грелись.
Летом дочь перестала уходить из дому. Целыми днями сидела у окна и возилась с какими-то тряпками. А в городе начали греметь салюты, все повеселели. По вечерам из окна было видно, как сыпались зеленые и красные звезды с изогнутых стеблей, широкие молочные лучи утюжили небо. Когда дочь подбегала к окну, живот ее подпрыгивал, она задыхалась. Однажды рано утром хозяин увез ее, и она не вернулась ночевать.
А дня через два появился ее муж, в линялой гимнастерке, очкастый, с обугленным загаром лицом. Целый день он не отходил от телефона, сердился, вытирал мокрый лоб, а потом вдруг обрадовался, расцеловал хозяйку и убежал.
Вернулся он поздно ночью, пахло от него водкой и луком. Он повалился на ковер, схватил кота за лапы и положил рядом с собой.
— Захарик, я люблю тебя, — сказал он, — проси у меня, чего хочешь.
Кот хотел вырваться, но муж не пускал его и целовал прямо в лохматый живот. Захар понял, что этот человек, как и все остальные, знает, что он главное лицо в доме, только огрубел, не умеет выражать свои чувства. Царапаться кот не стал, зашипел, кровожадно приподняв верхнюю губу. Муж ткнулся носом в розовую пасть, пришлось вырвать лапу и сбить с него очки. Так они лежали на ковре, пока коту не надоело. А на другой день муж привез в дом синюю клеенчатую коляску. Над коляской был навес, и кот догадался, что после вчерашней игры ему подарили домик. Свернувшись клубком на кружевной наволочке, он задремал, но хозяйка схватила его за шиворот и бросила на пол. До сих пор с ним так не обращались. Захар Осипович обиделся и ушел на кухню.
А еще через несколько дней приехала дочь. В руках у нее было туго свернутое стеганое одеяло, она похудела, говорила много и быстро и даже не глянула на кота. Все столпились около свертка, Захар Осипович прыгнул на шкаф, чтобы разглядеть сверху, что привезли. В одеяле в белых кружевных тряпках лежал ребенок. Лицо у него было круглое и такое важное, как будто он давно-разучился улыбаться. Стали разворачивать одеяло, и Захар Осипович увидел тощие, жалкие, голые ножки. Не было на них ни шерстинки, ни волоска. От отвращения и от пыли, слежавшейся на шкафу, кот фыркнул, никто этого не заметил.
В одну минуту в доме все переменилось. Беспорядок и суета овладели людьми и вещами. На тумбочке — кипа распашонок, на туалете — пузырьки с противным вазелиновым маслом, коробки с тальком, пачки ваты. На кухне стало темно и сыро от пеленок. Муж хохочет, катает коляску по всей квартире…
Утром он уехал, но в доме не стало спокойнее.
Девочку назвали Ксенией, Кисой. Когда ее окликали, на зов прибегал Захар Осипович. От него отмахивались. В доме стало так тревожно, как будто под полом скреблась мышь. Захар Осипович не ел мышей. Он ловил их, потому что уставал от ожидания: вот-вот мелькнет она, промчится, нарушит покой и оцепенение. Причину тревоги надо уничтожать.
И хотя для всех в доме событие совершилось, кот все еще ожидал его. Он мог бы жить в прежнем покое и тишине на кухне или в столовой, но боялся пропустить какую-то важную минуту и оставался в детской комнате. Сидя под зеркалом на тумбе, он часами глядел в колыбель и ждал.
Надо было понять, кто эта Киса. Похожа на человека, но слишком маленькая. Не умеет ходить, стоять, сидеть, есть тоже не умеет, и гладить по спине, и играть, и говорить ласковые слова. Кто же она? Захар Осипович видел на своем веку собак, лошадей, два раза видел корову, видел множество людей, но все они были другие.
Первые дни девочка была почти неподвижна. Иногда она высоко поднимала брови и сжимала ротик так крепко, что он превращался в розовую точку. Плакала редко и тихо. Однажды кот увидел, как Киса, отвалившись от материнской груди, улыбнулась беспечной простодушной улыбкой сорокалетнего кутилы, и он вспомнил, как муж уговаривал: «Захарик, проси у меня, чего хочешь…»