Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны
- Автор: Туманов Язон Константинович, Соломонов Борис Владимирович
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8386-8
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Четыре войны морского офицера. От Русско-японской до Чакской войны». Краткое содержание книги:
Книга представляет интерес не только для любителей военно-морской истории, но и для всех читателей, интересующихся историей нашей страны, не равнодушных к судьбам соотечественников, вынужденных покинуть Родину.
Приняв рапорт генерала Аренса, Государь идет по фронту, здороваясь с офицерами и находя для каждого какую-нибудь ласковую фразу. Перед спуском на трап он на мгновение задерживается и, улыбаясь, что-то говорит флаг-капитану. Накатов пользуется этим моментом и, пройдя за строем офицеров, бежит, придерживая кортик, к себе на катер. Он еще не успевает добежать до него, как слышит позади себя дружный ответ команды «Бунчук»:
– Здравия желаем, Ваше Императорское Величество!
Когда он вскакивает к себе на катер, «Бунчук» уже медленно отходит от маленькой пристани. За его рулем стоят – по одну сторону старшина катера, по другую – адмирал Нилов. Правит, конечно, старшина, но полагается делать вид, что царским катером управляет флаг-капитан Его Величества. На полубаке «Бунчука», как изваяния, стоят два великана крючковых, повернувшись лицом к носу. Медные крюки, которые они держат в руках, как жар горят на солнце. На «Александрии», «Разведчике» и «Дозорном» команды стоят во фронте. Государь здоровается с командами по очереди, проходя мимо на катере. Дружно, громко и весело несутся ответные отклики команд на царский привет:
– Здравия желаем, Ваше Императорское Величество!
«Бунчук» увеличивает ход. Охранный катер № 2, отдав швартовы, трогается следом. Выйдя из гавани, он подгоняет свой ход к ходу «Бунчука» и держится от него на почтительном расстоянии. Царский катер держать на «Корейца», с которого и начнется смотр. Неподалеку от лодок стоит пришедшая незадолго перед тем из Петербурга яхта морского министра «Стрела», и министр уже на «Корейце», ожидает прибытия Государя.
Зайдя сильно за корму лодки, «Бунчук» описывает красивую циркуляцию, начертив на воде пенистый полукруг, и уменьшает ход. Накатов видит, как по правому трапу «Корейца» бегут на нижнюю площадку фалрепные. Вот корма «Бунчука» перестает пенить воду; у самого трапа вновь на мгновение сильно пенится вода от заднего хода; гиганты на баке и корме нагибают крюки, как рыцари копья на турнире, и направляют их в борт «Корейца», но катер подходит так точно и плавно к трапу, что в работе крючковых нет никакой необходимости. Накатов отчетливо видит фигуру Государя, медленно поднимающуюся по трапу и скрывающуюся за высоким фальшбортом корабля.
На мачте «Корейца» медленно и торжественно поднимается Императорский штандарт – черный двуглавый орел на желтом поле…
Глава четвертая, в которой герой рассказа нарушает законы Российской Империи, а читатель знакомится со старой корабельной мебелью
На «Гиляке» еще пахнет пороховым дымом от недавнего салюта. Повсюду – приподнято-радостное настроение после блестяще сошедшаго царского смотра. Офицеры суматошливо толкутся в кают-компании.
– Вестовые, отчего не накрывают к завтраку? – кричит старший офицер.
– Василий Константинович, проба наверху, – просовывает в двери голову дежурный офицер.
– Сейчас иду. Где командир?
– Господа, где же расписание шлюпок? Когда последняя шлюпка с берега?
– Тысячу раз говорил; последняя шлюпка отваливает с берега ровно в 12 ч. 30 м. Прошу, господа, не забывать, что съемка с якоря в 6 часов утра.
– Разрешите мне завтра прямо в Кронштадт – я приеду на «Дачнике».
Накатов завтракает на «Гиляке». За завтраком подается портвейн из Лейшиоса, херес из Кадикса, за кофе – мараски из Зары, прямо с фабрики. За трапезой вырабатывается план своза контрабанды. Путь – прямой и безопасный: с корабля – в военную гавань, там – на подводу, и прямо на вокзал.
После завтрака Накатов принимается за работу, а «гиляцкие» офицеры, кроме вахтенного и подвахтенного, торопливо, съезжают на берег. Съезжает и старший офицер, так как командир, готовясь на другой день уехать в двухнедельный отпуск, остается на корабле. В тесную каютку охранного катера, стоящего у левого трапа, вносятся ящики и бочонки, причем бочонков значительно больше, нежели ящиков. Каютка и кормовое помещение быстро заполняются, а на корабле остается еще порядочный запас. Придется вернуться еще раз.