![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
— Убийца! — хрипел обезумевший Степан, с трудом под
нимаясь с пола. Какое-то мгновенье он стоял неподвижно. И...
снова бросился на Игоря Николаевича. Сдавив в объятиях друг
друга, они топтались по земляному полу, пока Степан не спот
кнулся о тело Клавы. Руки Седугина бессильно повисли. Игорь
Николаевич, оттолкнув Степана, склонился над Клавой.
— Мертвая... мертвая... — шептал Степан.
— Не вой, как баба! Делай, что тебе говорят. Бери ее за
руки!
— Не дам Клаву!
— Ей нужно сделать искусственное дыхание. Жалеешь Кла
ву — помоги мне. Хочешь, чтоб она умерла, — дерись со мной.
Дурак! Чурбан!
— Говорите... Я все... все сделаю... Она жива? Мы спасем
ее?
— Что здесь произошло?
— Ее повесил Волк.
— Попробуем спасти. Бери за руки! Фонаря нет...
— У меня есть, Волк обронил.
— Дай сюда! Так... так... Кажется, сломлен третий шей
ный позвонок!.. Платье расстегнуто... Тебя учили делать искус
ственное дыхание?
— Нет.
— Стрелять только учат... Дай руки! Клади ладони сюда,
чуть ниже. Дави и равномерно отпускай.
— Часто?
— Шестнадцать-восемнадцать раз в минуту. Я буду тянуть
за язык. Крепко стиснула зубы... Открою... Начали. Раз-два,
раз-два...
Прошел час, второй, третий... Все то же равномерное не
устанное «раз-два», но тело Клавы оставалось неподвижным.
— Я осмотрю ее еще раз. — Игорь Николаевич попытался
согнуть в коленях Клавины ноги, разжать кулаки, повернуть
220
шею, но тело, холодное и непослушное, не оставляло никаких
надежд, что в нем притаилась хотя бы крохотная искорка
жизни. Зрачки на свет не реагируют... Трупное окоченение...
Продолжать искусственное дыхание? Бессмысленно... Как бы
стро прошло время... Я на чердаке три часа... Сказать ему
правду? Пока нельзя... — Клаву надо отнести ко мне.
— Ее из-за вас убили...
— Из-за меня? — с горестным удивлением спросил Игорь
Николаевич. — Я не обижал Клаву. Почему ж е из-за меня?
— Она на вас донос написала. Пришла сюда, забоялась,
что вы прогоните ее в вензону. Не пришла бы — не убили б.
— Ее в вензону?! Глупая девчонка... Мало ли на меня пи
шут... Она спасла мне жизнь... И я бы стал ей мстить?! Я —
убийца?! Неужели у меня бы поднялась рука? Может быть я
поругал бы ее, но чтоб в вензону... Мне не простила бы за нее
Любовь Антоновна. Я бы сам не простил себе. Помоги, Степа.
Понесем ко мне. Там все расскажешь.
ПРОСЬБА РИТЫ
— Успокойтесь, профессор. Клаву не вернешь. Я хочу с
вами серьезно поговорить.
— Такую молодую... А меня опять минули... Я устала...
Сколько еще смертей?! Сколько?!
— Давайте лучше подумаем, что случится с вами, если
меня уберут отсюда.
— Никто вас не уберет, Игорь Николаевич. А меня оставь
те в покое. Со мной! Со мной! Скорей бы кончали, вот чего я
хочу.
— Вы столько видели здесь и...
— И не привыкла. Ну кто, скажите мне ради Бога, кто
привыкнет к такому?
— Они подбираются ко мне. Уже близко. Клаве надели
петлю из-за меня. Виноватых нет, один я.
221
— Вы виноваты? Не верю! А если правда? Если вы при
грозили ей, узнав о доносе? Если не пожалели ее? Я заставлю
вас повесить меня...
— Любовь Антоновна! Вы не в себе! Вы доктор...
— Я никому не нужная старуха. Вы говорите страшные
вещи. Вы угрожали Клаве?
— Ну, знаете ли... Подозревать меня в таких мерзостях...
Она написала донос в вензоне. Ее принудили. Хорошо же вы
думаете обо мне... Мстить девчушке... почти ребенку... Я —
Клаве... За то, что она спасла меня? А если бы не спасла? Разве
я не знаю, как пишутся эти доносы?
— Простите, Игорь Николаевич. Я оскорбила вас... Голова
идет кругом после вчерашнего... Такая страшная смерть... Они
угрожали ей, и она ничего не написала. Но чего же они хотели