Трусливый ястреб [litres]

Чарли открыли огонь без предупреждения. Голые солдаты бросились врассыпную, когда пули забурлили в воде. Часовые не могли понять, откуда идут выстрелы. В течение нескольких долгих минут солдаты оказались полностью беззащитны. Когда они добрались до оружия, ход битвы резко изменился и чарли были вынуждены отступить.

Я приземлился возле берега реки вскоре после перестрелки, и голые солдаты до сих пор хохотали. Никто серьезно не пострадал. Невероятно, оттого и смешно.

Мы выгрузили еду и уселись отдохнуть, пока солдаты трапезничали. Я уже несколько раз ночевал с этими ребятами. Как всегда, несколько ворчунов обступили вертолет. Парней интересовали всякие технические детали. До какой скорости можно разогнаться? Сколько можно летать без дозаправки? Почему нельзя всегда взлетать вертикально? Страшно ли летать? Остальные держались в сторонке и ухмылялись со знанием дела (обычно так толпятся вокруг автогонщиков).

Другие солдаты открывали коробки с одеждой, которые мы привезли. Их старые, двухдневные комплекты формы в прямом смысле гнили на ходу.

Один парень указал на пулевое отверстие в моей двери.

– Куда попала пуля? – я выдвинул боковую броню и показал ему лунку от попадания.

– Черт меня дери, да ты везунчик.

– Ага, если бы не броня, я бы погиб на месте, – согласился я.

Кто-то просунул голову в кабину и воскликнул:

– Вы и вправду пользуетесь всеми этими кнопками, переключателями и прочими штуками?

– Ага, только не всеми сразу. Мы проверяем их в нужной последовательности.

– А это что такое?

– Это искусственный горизонт, он показывает, где находится настоящий горизонт, когда ты его не видишь, в тумане, например.

Солдат кивнул и произнес:

– Мне дико хочется полетать на такой штуке.

– Чего? Ты рехнулся, Дэниелс? – отозвался его друг. – Хочешь стать гребаной мишенью?

– Всяко лучше, чем бегать, кретин.

– Дружище, ты вообще о чем? Да, мы лезем в грязь, но мы хотя бы можем в нее нырнуть, когда по нам палят. Сколько раз тебе хотелось обоссаться от страха на высадке? Полеты в зоны высадки – худшая часть этой гребаной войны, ты как на ладони. Если бы не эта грязь, я бы целовал землю каждый раз, выходя из этих птичек.

– Ага, но готов спорить, что медсестрички в вашем лагере сходят по вам с ума, да, парни? – спросил Дэниелс.