Польская политическая эмиграция в общественно-политической жизни Европы 30−60-х годов XIX века [litres]

Такова была программа, развернутая перед патриотами в Познани. Но первая прокламация, посланная туда, не имела антишляхетской направленности, ограничивалась критикой шляхты и адресованным ей требованием «не быть позором своей страны», «не срамить» славы своего имени и исполнить свой долг, добровольно пойдя на уступки крестьянам: «дворянство должно соединиться с людом и отказаться от своих привилегий». Крестьян же убеждали забыть старые обиды, воспользоваться опытностью шляхты и действовать в согласии с ней: «порвем все наши прежние счеты и начнем их заново честно и по-братски». Апрельская программа 1859 г. содержала уже социальные акценты, в частности, требование отмены частной собственности, в том числе на землю: «Городской и сельский люд, – говорилось в этом документе, – восстав, берет власть в свои руки, уничтожает господство человека над человеком, провозглашает города, села, хозяйства, землю, дома, промышленные предприятия, мастерские, магазины (склады. – С. Ф.), инвентарь и всякую движимую и недвижимую собственность, находящуюся сейчас в руках отдельных людей, общей собственностью всего народа, а в дальнейшем […] общечеловеческой собственностью». С началом восстания должны были быть отменены все повинности, «унижающие человеческое достоинство», предполагалось, что каждый «станет слугой народа, будет выполнять работу, к которой народ признает его способным, и будет получать равное со всеми вознаграждение». Предусматривалось осуществление революционной диктатуры, создание революционного правительства, наподобие французского Конвента, применение смертной казни за предательство и сопротивление революции. Намечался и план действий в восстании: всех граждан призывали по сигналу руководителей заговора подняться на борьбу за установление Польской республики. Ее основой должны были стать местные органы власти, избираемые в гминах, округах, воеводствах. Предполагалось, что округ объединил бы 10–20 деревень, а крупные воеводские центры управляли бы 20–50 округами. Всеми делами государства должна была ведать столица – самый большой и удобно расположенный национальный центр. Каждая гмина сама бы избирала Управительный совет, который назначал бы каждому гражданину работу по специальности и по его способностям. Выборными должны были стать и другие местные советы – окружные и воеводские. Они имели бы совещательные функции, и из них члены Центрального национального правительства формировали бы местную власть, чья деятельность подлежала обсуждению на общих собраниях гмин, округов, воеводств. Право формирования Центрального национального правительства из семи членов предоставлялось руководству восстания. Объявлялось о смещении всех «бывших» – чиновников, священников, судей, адвокатов, нотариусов и т. п., эти должности становились выборными, либо назначение на них осуществлялось местными органами власти. Руководство Революционной громады «Лондон» рассчитывало реализовать этот план в Польше, которая стала бы первопроходцем, так как в дальнейшем предполагалось создание «Славянской республики, составленной из воеводств литовских, польских, руских (то есть украинских. – С. Ф.), московских (то есть русских. – С. Ф.), чешских, богемских, краковских и так далее». Конечной же целью должно было стать «освобождение всего человечества» и образование всеобщей республики с выборным правительством из людей разной национальности и польским языком в качестве языка общения170.