Автобиография Элис Би Токлас

А потом Гертруда Стайн добавляла, видишь ли он вроде Дерена. Помнишь как мсье де Туий сказал, когда я никак не могла взять в толк почему это Дерену сопутствует такой бешеный успех и он сказал что это оттого что выглядит он совсем как современный художник а пахнет от него музеем. Но какова была бы повесть про истинного Хэма, и рассказать ее следовало бы ему самому жаль что никогда не расскажет. В конце концов, как он сам однажды пробормотал себе под нос, есть такая вещь и называется она карьера, карьера.

Но вернемся к тогдашним событиям.

Хемингуэй сделал все что от него зависело. Он перепечатал рукопись и вычитал гранки. Когда вычитываешь гранки, как я уже говорила раньше, это вроде как чистить вещи щеткой, ты видишь чего они стоят и никакое пристальное чтение с этим не сравнится. Хемингуэй пока вычитывал гранки много чему научился и то чему он научился привело его в восторг. Именно тогда он написал Гертруде Стайн что она уже сделала свою часть работы написав Становление американцев а ему и его поколению ничего другого теперь не остается кроме как положить свою жизнь на то чтобы книга увидела свет.

Он надеялся что это ему удастся. Какой-то человек, по-моему фамилия у него была Стерн, сказал что может договориться на этот счет с издателем. Гертруда Стайн и Хемингуэй поверили ему что он и вправду может, но вскоре Хемингуэй сказал что Стерн вышел из доверия. На этом все и кончилось. Тем временем и еще незадолго до этого Майна Лой стала приводить к нам в дом Макэлмона и он стал захаживать время от времени сам и привел жену и еще привел Уильяма Карлоса Уильямса[173]. И в конце концов ему захотелось издать Становление американцев в Контакт эдишн и в конце концов он так и сделал. Я к этому еще вернусь.

Тем временем Макэлмон напечатал три стихотворения и десять рассказов Хемингуэя а  Уильям Берд напечатал В наше время и Хемингуэй стал набирать популярность. Он познакомился с Дос Пассосом и с Фицджеральдом и с Бромфилдом[174] и с Джорджем Антейлом и вообще со всеми на свете опять же и Харольд Лёб снова был в Париже. Хемингуэй наконец стал писателем. А еще он был тренер по боксу, с легкой руки Шервуда, а еще услышал от меня про бой быков. Мне всегда нравились испанские танцы и испанский бой быков и нравилось показывать фотографии тореро и корриды. И еще мне нравилось показывать ту фотографию где мы с Гертрудой Стайн сидим в первом ряду и случайно попали в кадр.

Хемингуэй тогда как раз взялся обучать боксу какого-то молоденького паренька. Боксировать паренек не умел, но надо же такому случиться по нечаянности отправил Хемингуэя в нокаут. Должно быть такое время от времени и впрямь бывает. Во всяком случае в то время Хемингуэй хоть он и спортсмен очень быстро выматывался. Он так бедняга уставал пока дойдет от собственного дома до нашего. Но с другой стороны его конечно сильно вымотала война. Даже и сейчас он, а Элен говорит что вообще все мужчины такие, очень хрупкий. Недавно один его друг сам довольно крепкий сказал Гертруде Стайн, Эрнест такой хрупкий, за что он ни возьмется за какой угодно вид спорта непременно что-нибудь сломает, руку, ногу а то и голову.