Автобиография Элис Би Токлас

Всю свою жизнь Пикабиа мучительно бился над тем чтобы совладать с этим своим замыслом и воплотить его на практике. Гертруда Стайн считает что он уже близок к решению проблемы. Сюрреалисты, приняв подобно всем вульгаризаторам внешнюю форму за суть, воспринимают трепет линии как нечто само собой разумеющееся и потому обязанное вдохновлять их на еще более высокие свершения. Тот же кто и сегодня занят созданием этой трепетной линии знает что ее еще нет и что если она вообще появится на свет то не сможет быть самоценной и существовать сама по себе, но будет целиком и полностью зависеть от того предмета от того чувства что порождают трепет. И будет о творце и о его подражателях.

Гертруда Стайн всегда была одержима чисто интеллектуальной страстью к возможно более точному описанию внутренней и внешней реальности, что бы она ни писала.

Квинтэссенцией точности стала простота, а следствием простоты разрушение в поэзии и прозе побочной эмоциональности. Она отдает себе отчет в том что красота, и музыка, и вообще все украшательство, и все что идет от чувства не может быть главным источником, даже события не могут быть главным источником чувств и основным строительным материалом для поэзии и прозы они тоже быть не могут. И чувство само по себе тоже не может быть главным источником поэзии и прозы. Поэзия и проза должны быть основаны на точном воспроизведении либо внешней либо же внутренней реальности.

Именно из-за этой идеи точность превыше всего и возникло столь тесное взаимопонимание между Гертрудой Стайн и Хуаном Грисом.

Хуан Грис тоже искал точности только точность у него корнями уходила в мистику.

Ему как мистику просто нельзя было не быть точным. Для Гертруды Стайн эта необходимость носила характер интеллектуальный, простая и чистая страсть к точности.

Именно по этой причине ее творчество часто сравнивали с тем что делают математики а один французский критик даже сравнил его с творчеством Баха.

Пикассо от природы самый одаренный обладал наименее ясным виденьем этой чистой интеллектуальной цели. Он в своей творческой деятельности был одержим тягой к испанскому ритуалу, позже к негритянскому ритуалу воплотившемуся в негритянской скульптуре (чьи корни уходят к арабам то есть туда же куда уходят корни испанской ритуалистики) а еще позже к ритуалу русскому. А поскольку личное творческое начало было в нем невероятно сильным, он претворил все эти великие ритуальные системы в свою собственную систему образов.

Хуан Грис был единственным человеком который мешал Пикассо дышать свободно. К этому собственно и сводились все их отношения.

В то время когда между Гертрудой Стайн и Пикассо дружба стала даже еще тесней чем раньше если конечно такое вообще возможно (именно для его маленького сынишки, который родился четвертого февраля а она сама третьего, она сочинила книжку на день рождения где было по строчке на каждый день в году) в то время ее близость с Хуаном Грисом была ему явно не по вкусу. Однажды после выставки работ Хуана в галерее Симон он ей сказал да так резко, ну скажи мне на милость что ты с ним носишься, сама же знаешь что его работы тебе не нравятся; и она ничего ему не ответила.