Во главе революции. Cверху

– Боже упаси, Иосиф Виссарионович, это вызовет такой протест на селе, что запылает всё. Поэтому то и, казалось бы, логичная и своевременная, по той же логике, реформа буквально обречена на провал. Нет, земля должна быть государственной, а потом, по мере развития социалистических отношений, общественной. Но с правом бессрочной аренды. Передаваемой по наследству. Поэтому то надо, в перспективе, придумывать что-то другое, не противоречащее мнению крестьян. Иначе это страшное, замшелое крестьянское мышление будет опасно и для нас.

– И у вас, Николай Александрович, есть предложения по поводу крестьян? Хотелось бы узнать какие?

– Конечно есть, Иосиф Виссарионович, в первую очередь необходимо будет дать всем хотя бы среднее образование. И вытащить молодёжь из деревни. Пока им ещё можно будет дать логическое мышление. И превратив их в пролетариат вообще, ну и рабочих в частности. При этом постаравшись оставить стариков в деревне. Второе кто необходимо провести, так это коллективизацию. Что опять же из-за замшелого, нелогичного мышления крестьян вызовет их противодействие.

– Но ведь они отрицают частную собственность на землю, Николай Александрович, – напомнил Джугашвили.

– Но, это не делает их социалистами, Иосиф Виссарионович, – парировал Сталина царь, – В душе каждый крестьянин не только злой собственник, но и вообще крайне жестокая натура. Которая жаждет, чтобы у него покупали хлеб по справедливой, по его мнению, цене, а он пановал. Вы знаете, что самое жесточайшее ростовщичество оно развито среди крестьян. Сто процентов, взял мешок зерна, осенью вернёшь два. И не важно, когда ты это зерно взял. Не сможешь оплатить, тебя изобьют, а то и убьют, жену, дочь обесчестят, хозяйство сожгут. Вы вообще не представляете какой там твориться угар. Содом с Гоморрой, это добрые сказки, детский лепет, по сравнению с тем что твориться в наших деревнях. Просто в деревнях не принято делиться чем-то с другими. Так сказать, выносить сор из избы. Но по нашим представлениям крестьяне ещё те звери. Особенно когда у них что-то забирают, что они считают своим. А в результате в деревнях существует эта чересполосица. Когда всю землю делят на небольшие лоскуты, что бы общинникам достались более или менее равные возможности по выращиванию хлеба. При этом до десяти процентов земли уходить в эту чёртову межу. Между наделами. А потом каждый корячиться на своих наделах, жилы рвёт, голодая, но совместно с другим работать не будет. А вот обобрать его, этого другого, как липку, так это запросто.