Запрещенные друг другу
- Автор: Александер Арина
- Серия: Любовь, как испытание #2
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Драма
Электронная книга - «Запрещенные друг другу». Краткое содержание книги:
У Юли безупречный брак, идеальная семья, уютный дом, но однажды в её жизнь постучится любовь: нежданная, страстная, исцеляющая, а ещё… запретная.
Как быть в таком случае? Отвернуться? Пройти мимо, сделав вид, что не заметила? Или же найти в себе силы признаться, что всё её счастье — лишь результат титанической работы. Страх остаться одной и лишиться привычного уклада жизни. Любовь… она такая. Не знает ни условностей, ни правил. Ты либо с ней, не смотря на все лишения, либо брошенная на произвол, с такой обманчивой иллюзией вокруг.
Глава 12
Вроде и не ссорились, а ощущения были двоякими. Не кричали, не ругались, не использовали маты, не жестикулировали эмоционально руками, а всё равно сложилось впечатление, что прошлись друг по другу танком.
Прекрасно зная, что Вал не позвонит первым, несколько раз порывалась набрать его, и каждый раз, стоило взять в руки подаренный мобильный, как что-то сдерживало, не позволяло окунуться в звучание любимого голоса и уйти ненадолго от реальности.
Что она скажет ему? Что соскучилась? Допустим. Только станет ли ему от этого легче? Вряд ли. Может, оно и к лучшему, что они сейчас находятся в разных странах. Что не возникнет искушения увидеть его, поддаться на горящий открытым желанием взгляд. Сердце разрывалось от тоски, но в то же время у Юли появилось немного времени, чтобы взвесить все «за» и «против». Спокойно, вдумчиво, не на горячую голову, когда пробирает дрожь от телесной близости, а будучи вдали друг от друга. Когда есть возможность прислушаться к себе и посмотреть на себя если не со стороны, то хотя бы раскритиковать свое поведение в пух и прах без постороннего давления.
Да только… сколько не ругала себя, не призывала к совести распустившуюся душу, а едва не до тошноты прогоняла по лабиринтам памяти прожитые минуты близости. Да, для неё даже так — это уже был тесный контакт, была близость. В тот момент мозги настолько не соображали, что не постучись в дверь секретарша, реально отдалась бы Валу прямо там, у стены, наплевав на все предостережения и запреты. Так что… было от чего зависать, выпадая ненадолго из реальности.
Но если днем было ещё полбеды: воспоминания пережитых эмоций кружили голову и вызывали в груди неподвластный времени трепет, то с наступлением ночи ситуация ухудшалась. На смену оптимистическим надеждам приходила разрушающая беспросветная действительность, которая жестоко подавляла единственное «за» килограммовыми доводами «против».
Конечно, её воображение не знало границ и если днем оно рисовало обнадеживающие картины, на которых она, Саша и Вал были счастливой семьей, то ночью эти самые картинки затмевала широкая тень мужа. И всё. Тупик.
Мало мечтать и уповать на чудо, стоило действовать. Самой. Но как?! Как подвести разговор к самому важному и при этом не плюнуть в душу? Это для неё ваза покрылась трещинами, а для Глеба… а вот тут хрен поймешь, что у человека на уме. И не посторонние ведь, должны знать друг друга вдоль и поперёк, но всё как-то клеилось.
Иногда Юля порывалась завязать разговор, подвести хоть к чему-то звенящую от напряжения тишину, но стоило только настроиться, дать себе мысленного пинка и открыть с таким трудом онемевший рот, как тут же на горизонте появлялся Сашка. Он будто улавливал веяние грядущих перемен и всячески пытался им противостоять. Пускай он и не догадывался, в чем именно кроется причина их проблем, но то, что между родителями пробежала чёрная кошка, не только видел, но и отчетливо чувствовал.
Так, например, он заметил, что родители не обмениваются при прощании поцелуями. А если и целуют друг друга, то сухо, поспешно, безэмоционально. Практически не разговаривают, предпочитая по большей части отмалчиваться, погрузившись если не в чтение газеты, то какой-нибудь книжки. Они перестали шутить, подкалывать друг друга безобидными шутками, планировать что-то на выходные. Да они даже ссориться перестали. А ведь когда-то ему объяснили, что в ссоре нет ничего страшного. Все ругаются. Важно, что после любого конфликта всегда наступает перемирие, по крайней мере, Саша искренне надеялся на такой исход. Но в его семье всё было ровно и… тихо. И вот это затишье настораживало и пугало его чуткое сердце больше всего.
И когда скопившееся между родителями напряжение чувствовалось особо остро, он подбегал сначала к матери, крепко-крепко обнимал её за талию и, уткнувшись лицом в живот, искренне, со всей пылкостью заявлял, что она у него самая любимая и самая красивая мамочка на свете. А потом, не дав ей опомниться, бросался к отцу и, взобравшись к нему на колени, проговаривал то же самое.
И тогда у Юли язык присыхал к нёбу, а во рту разливалась приторная желчь, которая потом ещё долго давала о себе знать, играя на губах горьким послевкусием.
Вот так и жила весь четверг, всю пятницу и частично субботу. И если днем она ещё кое-как заедала, запивала эту горечь призрачными надеждами и верой в светлое будущее, то ночью было в разы хуже. Хотелось выть от безысходности. Она тут, Вал там. Он ждал от неё хоть каких-то действий, а она лежала под навалившимся на неё телом и буравила воспаленными глазами потолок.