Русские народные сказки Сибири о богатырях
- Автор:
- Год: 1979
- Язык: русский
- Год: Наука
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Русские народные сказки Сибири о богатырях». Краткое содержание книги:
Книга рассчитана на фольклористов, краеведов, а также на всех любителей народной сказки.
Дала она ему клубочек да два яблока. Пошел он. Шел-шел, дошел до старичка, у которого был на квартире. Он заходит к этому деду и говорит:
— Вот что, дедушка, привязал я тебе коня, поведи его на базар, продай за двести рублей. Кто хочет купит — конь смирный.
Вышел Иван Петрович на улицу, съел два яблока — доспелся хорошим конем. Дед вышел на улицу, видит — конь стоит смеется… Весь в яблоках. Отвязал, повел его на базар. Встречается ему Франец:
— Дед, конь продажный?
— Продажный, за двести рублей.
Франец вытаскивает деньги, отдает дедушке. Привел коня домой, поставил в конюшню. Уж конь стоит как три дня. И говорит Франец жене:
— Жена, ты еще не видала, я тебе не сказывал, я купил какого хорошего коня.
— Пойдем, покажи мне, ты может не коня, а смерть свою купил.
Она пошла, осмотрела и говорит:
— Возьми, иссеки этого коня — это смерть твоя.
У них была прислуга, она говорит коню:
— Конь, мой милый, конь мой ретивый, сколько я за тобой ни ходила, ни поила, ни кормила, а тебя хотят зарубить.
— Ежели тебе меня жалко, выдерни из гривы три волоска и посади под окошко в сад.
Вот через некоторое время сад вырос в глазах, и стали в нем яблоки висеть.
Пришел Франец в сад посмотреть, пришел и говорит своей жене:
— Наденька, Надя, посмотри, что у меня за сад, что за яблоки, прямо обобрать нельзя!
— А ну-ка, пойдем, посмотрим, что у тебя за сад. Ото, говорит, не сад, а смерть твоя, возьми, — говорит, — топор, выруби его да сожги.
Прислуга пришла в сад и говорит:
— Сад ты мой милый, сад ты мой зеленый, сколько я тебя ни поливала, сколько я за тобой ни ходила, а тебя хотят вырубить и сжечь.
Сад отвечает:
— Жалко тебе меня — вырви две яблони и поди кинь в реку.
Когда она кинула в реку — доспелись пара селезней. Франец идет со своей орудией и обрушился на этих уток, давай их имать. Он за ними — они от него. Он разделся, побрел. Когда добрел до горла, селезни спорхнули и вылетели на берег, ударились об землю, сделались Иван Петровичем, одетым он в военную форму Франца. Франец увидел — ревет:
— Иван Петрович, прости меня.
Иван Петрович отвечает:
— Не прощаю.
И Франец утонул. Ему — так смерть и так смерть.
Иван Петрович приходит к своей жене Наде в дом. Она и говорит:
— Иван Петрович, прости меня, я больше этого делать не буду…
Он и говорит:
— Я не прощаю, как простят тебя родители.
А она всех своих родителей, как вышла за Франца, заперла в тюрьму.
Иван Петрович взял ее с собой, пошел выпускать ее родителей. И спрашивает Иван Петрович у ее родителей:
— Ну, что теперь с ней будем делать, она подвела меня и заперла вас в тюрьму.
А они отвечают:
— Иван Петрович, распоряжайся ты — что хочешь, то и над ней делай.
Иван Петрович привязал ее к столбу и дает ей касти (чтоб каялась бы). Она умоляет его:
— Иван Петрович, Иван Петрович, больше не буду.
И вот, когда он дал ей касти, родителей выпустил на свободу, а сам отправился к своим родным — старикам. Пожил он у них, у стариков, немножко, забрал их с собой и отправился в свой Хрустальный город, где Марфида Прекрасная живет.
Когда он приехал к Марфиде со своими родителями, жить-поживать стали, добра наживать. Я там была, вино пила. Кому-то подавали ковшом, мне — по лбу чернем. Дали мне ледяную кобылу, дали мне мочалу да сюда меня, в Буденовский колхоз, примчали. Загорелась колхозная баня. Покуда на пожаре была, пожар гасила, кобылка у меня ледяная растаяла, а мне подаренное мочало ребятишки украли и сейчас бегают с ним.
Я осталась ни при чем и торгую кирпичом.
24. Ванюшка золотые кудрецы
В некотором царстве, в некотором государстве, а именно в том, в котором мы живем, в одной деревне жил мужичок, богато — бедно ли. И был у него один-единственный сын, на возрасте. А раньче, знаешь, восемнадцати лет надо женить. Ну и он, конечно, изъявил желание жениться. Но дело в том, что жили они бедновато, а жениться надо на свадьбу две-три сотни — само мало. Ну и вот, когда он надумал жениться, отец ему говорил не раз, что, дескать, жениться — не расстроиться, ты женишься, а деньги мы возьмем у помещика, потом отрабатывать надо, тебе и не придется с женой пожить. Ну, знаешь, нашел в деревне по душе, уж что будет, — женись. Ну, женился. Сыграли свадьбу, конечно, деньги пришлось взять у помещика. Взял у помещика деньги, свадьбу сыграли, пожил он там месяц ли два, может быть, помещик теперь требует отрабатывать. Вот когда явился он, он его направил, черт его знает куда, черту в турки. Это надо полгода пешком идти да на коне. И вот таким путем он уехал и немного-немало двенадцать лет проработал. Ну и вот, когда отработал строк, пошел домой пешком. Когда пошел домой пешком, идет пьяный, грязный, с котомкой. А пришлось ему идти через один город, через тот, в котором жил король. Ну и он идет, в город зашел, шагает себе потихоньку.