Нябышына. Акупацыя вачыма падлетка

— И чего вы добились своей акцией?

— Мы просто попытались привлечь внимание СМИ к тому, что не должно быть извращения фактов.

— А если дело в том, что наше общество просто еще не созрело для того, чтобы услышать всю правду о партизанском движении в Беларуси?

— Какую правду? Правда в том, что мы победили! Так почему же мы эту правду втаптываем в грязь?

— Что сохранилось в ваших воспоминаниях о жизни в оккупации?

— Я в то время был в таком же возрасте, как и Илья Копыл — и у меня остались совсем другие воспоминания. До сих пор помню, как пришли к нам немцы и как — наши. Заскакиваю в нашу хату — там немцы: один играет на губной гармошке, второй чистит карабин. И вот он я — ребенок, без оружия, без ничего, безвинное дитя. Один из немцев поворачивается — и штыком на меня! И второй пример: ушли немцы, утром я пришел к деду с бабкой, смотрю — в палисаднике сидят наши солдаты. Бабка нажарила семечек, говорит — иди угости солдатиков. Я подхожу к ним с этим решетом — один меня по голове погладил, другой подарил мне бинокль, третий подарил очки мотоциклиста…

И теперь, когда я читаю воспоминания Копыла, я думаю: «Ну о чем пишет этот человек Почему он обеляет фашизм?» Он же офицер! Что у него в мозгах, куда они повернулись? Он пишет, что при немцах в их деревне был рай — и школы работали, и они учились, и жили богато, и по три кабана держали, и по десять овец было. Это же был центр партизанского движения — ну какой там рай?

— Собираетесь подать на Копыла в суд за клевету и искажение фактов?