Кукла Самуся

— Светусик, не спорь. Марьяна права, ты же сидишь здесь в захолустье, где о твоих талантах никто не знает! А ты ведь хочешь, чтоб о твоих куклах узнал весь мир? Ну не мир, но страна? Тебе давно пора делать дизайнерских кукол на продажу! Тем более теперь! Они же волшебные и лечебные! Вы знаете, — обратилась Катя к Леночке, которая уже усаживала Свету на стул и поднимала волосы для покраски, — что ее кукла спасла жизнь ребенку?..

В конце концов, Света просто сдалась и перестала сопротивляться, позволив себя покрасить, сделать макияж и переодеть в белое платье. Она как будто отстранилась от происходящего. Но когда Леночка торжествующе подвела ее к зеркалу, выглядывая сзади из-за плеча, Света взглянула на себя и обомлела. Образ царевны-лебеди был выдержан безупречно. Сказочное сияние осветленных волос, уложенных мягкими волнами в корону на голове, открытые плечи, простое белое платье с очень широкими рукавами и замысловатой серебристой вышивкой, которая напоминала узор из перьев, и шея… Светлана провела рукой по шее. Что они сделали с кожей? На шее не было украшений, и кожа сияла какой-то невероятной чистотой и белизной.

— Это свет, — пояснила Леночка. — А в кадре вы вообще будете бомбой.

Они сидели в комнате Светы, в которую с трудом поместилась камера и источники света. Натан Виргеев, редактор журнала, сидел напротив и задавал вопросы. Света сначала робела, но потом, рассказывая о куклах, осмелела и освоилась. Она рассказала про детский кукольный театр, про куклы-мотанки, про те мистические свойства, которые им приписывали наши предки, про историю с Павликом, про куклу Самуся…

— А это у вас кто? Чья кукла?? — Натан Виргеев кивнул на еще одну куклу — черную кошку в белом нарядном платьице и с длинным плюшевым хвостом.

— Это кукла Марьяны, — недобро прищурилась Света. — Она меня убеждала в том, что куклы имеют странное влияние на свои оригиналы, вот интересно…

Она взяла куклу и накрутила плюшевый хвост на свой палец, подняла взгляд на Виргеева:

— Вот интересно, у нее хвост не отвалится?.. — и дернула за ткань.

Марьяна согнулась от острой боли в пояснице и кое-как доковыляла до кресла, держась за спину.

— Да, старость — не радость, Марьяна, — раздался насмешливый голос Каренина. — Радикулит замучил?

— Иди к черту… — процедила Марьяна сквозь зубы.

Каренин прошел в кабинет и сел в кресло, разглядывая свою начальницу со странным выражением.

— Ты становишься знаменитостью, — сказал он примирительно.

— Сегодня с утра как раз просматривала список Форбс знаменитых и богатых людей мира, но себя там почему-то не обнаружила.

— Думаю, тебе не хватило чуть-чуть, — Каренин улыбался. — Тебя уже знают за пределами страны. Ирина сосватала тебе первого заграничного клиента, вернее, клиентку.